© Данный текст был наглым образом сворован у команды переводчиков Potter's Army на стадии доработки. Ловите жуликов, позор!Гарри и Додж подняли глаза и увидели тётушку Муриель, стоявшую напротив них их столика. Перья болтались в её волосах, а в дрожащей руке был зажат кубок с шампанским.
-Вы знаете? Она написала книгу о жизни Даблдора!
-Здравствуй Муриель, -приветствовал её Додж, -Да, мы как раз обсуждали…
Старушка не дала ему закончить пронзительным голосом она напустилась на рыжеволосого паренька, кузена Уизли за соседним столиком.
-Эй ты! А ну уступи место пожилой леди, мне сто семь лет!
Мальчишка соскочил со своего места словно ошпаренный, а Муриель с удивительной для только что заявленного возраста силой передвинула тяжёлое кресло и уселась между Доджем и Гарри. Ему она уделила лишь короткий кивок.
-Привет Барри или как там тебя…
И всё внимание переключила на Доджа
-Так что ты там говорил про Риту Скитер, Эльфиас? Ты знаешь, она пишет биографию Дамблдора? Я с нетерпением жду, когда смогу прочитать эту книгу. Надо не забыть оставить заказ в Завитках и Кляксах!
Лицо Доджа приняло вид мрачный и торжественный, всем своим видом давая понять какого низкого мнения, он о Рите Скитер, её книге и читателях. Но тётушка Муриель не смутилась, она осушила кубок с шампанским, щёлкнула костлявыми пальцами проходящему мимо официанту, что бы он подал ей новый. Потом, сделав большой глоток, тётушка сыто рыгнула и ехидным голосом произнесла:
-И не надо на меня смотреть словно пара жабьих чучел! Прежде чем Альбус стал таким важным и знаменитым, про него ходило немало забавных слухов.
-Всего лишь глупые сплетни!, -наконец нарушил молчание Эльфиас, его лицо снова стремительно наливалось багрянцем.
-Я знала, что ты скажешь что-то подобное, Эльфиас, противным голосом прокудахтала тётушка Муриель, -Я заметила как ты избегал писать в некрологе Альбуса о всех нелицеприятных эпизодах его жизни.
-Очень жаль, что ты так думаешь, -холодно ответил Додж, -Уверяю тебя я писал от сердца.
-Мы все знаем, что ты боготворил Даблдора, я даже осмелюсь предположить что ты по прежнему будешь считать его святым даже когда вясниться что он сделал со своей сестрой Сквибом!
-Муриель ты забываешься! –Воскликнул Додж.
Острый холодок который не имел ни малейшего отношения к ледяному шампанскому в бокалах пробежал у Гарри по позвоночнику и обосновался ледяным комком в груди.
-Что вы хотите этим сказать? Спросил он Муриель, -Кто сказал, что его сестра была сквибом? Я думал, она просто была больна.
-Тогда ты думал неправильно, -ухмыльнулась тётушка довольная эффектом который она произвела. -В любом случае откуда тебе вообще что то знать об этой истории? Она произошла за много лет до того, как ты появился на свет. И истина в том, что никто так и не узнал, что произошло на самом деле. Именно поэтому я с нетерпением жду момента когда смогу узнать что же раскопала эта Скитер! Дамблдор держал эту тайну в секрете всю свою жизнь.
-Неправда! Взвился Додж, -абсолютная чепуха!
Ледяной комок в груди Гарри всё не таял.
-Он никогда не говорил мне, что у него была сестра сквиб, -на миг он забыл о том что находиться в другом облике. Старушка немного покачивалась на своём стуле пока её взгляд пытался сфокусироваться на Гарри.
-С чего бы это Дамблдору обсуждать с тобой такие вещи, мальчик?
-Единственная причина по которой Дамблдор никогда не говорил об Арианне, -начал Эльфиас глухим от волнения голосом, -это только потому что он очень тяжело пережил её смерть…
-Почему никто и никогда не видел её, Эльфиас? –гаркнула Муриель, -Почему большинство знакомых Альбуса даже не подозревали о её существовании, до тех пор пока гроб с её телом не вынесли из дома?
Где был святоша Дамблдор, пока Ариана медленно угасала в тюремной камере. Или ты думаешь, что лучший ученик Хогврадса не знал что творилось в его собственном доме?
-Тётушка Муриель что вы хотели сказать? Какая камера?, -взволнованно спросил Гарри.
На Доджа было жалко смотреть. Муриель глубоко вздохнула и ответила:
-Мать Дамблдора была ужасной женщиной, просто ужасной, маглорожеднная, хоть я слышала, что она настаивала на обратном…
-Ничего такого она не говорила! Кендра была хорошей женщиной, -прошептал Додж, но тётушка проигнорировала его слова.
-…горделивая и очень властная, для неё рождение ребёнка-сквиба было невыносимым позором…
-Ариана не была сквибом! Хрипло возразил Додж.
-Если так, то почему же она тогда не посещала Хогсвард? Сказала тётушка и повернулась к Гарри.
-В наши дни рождение сквибов тоже часто замалчивают, но дойти до крайности, запереть бедную девочку в доме и претвориться что она вообще не существует это слишком…
-Да не было такого! Говорю тебе! Громко сказал Додж но тётушка Муриель снова не обратила внимания на его реплику и продолжила рассказывать Гарри.
-Детей-сквибов обычно отправляют в магловские школы, а потом они обычно так и живут в обществе маглов, это поощряется. Всё же куда гуманнее, чем пытаться найти для них место в нашем мире, здесь они всегда будут людьми второго сорта. Конечно, Кендра Дамблдор и подумать не могла о том что бы отправить свою дочь в школу маглов…
-Адриана была болезненным ребёнком, -прошептал старый маг в отчанье, -Её здоровье никогда не позволяло ей…
-Выходить из дому? -Хмыкнула Муриель, -к тому же она никогда не появлялась и в больнице Св. Мунго и ни разу до самой смерти ни один лекарь ни разу не был вызван к ней домой!
-Ну откуда ты можешь знать такие подробности…
-Что бы ты знал, Эфиас, мой кузен Ланселот был лекарем в больнице Св. Мунго в том время и он по секрету рассказал моей семье, что Арианна никогда не была у него на приёме. Ланселот находил это очень подозрительным!
Глаза Эфиаса заблестели от слез. Муриель похоже была черезвычайно довольна произведенным эффектом снова щелкнула пальцами подзывая официанта. А Гарри в оцепенении вспоминал снова и снова как Дурсли как то заперли его и долго старались делать вид что его вовсе не существует, только потому что он мог колдовать, словно это преступление. Неужели сестра Дамблдора разделила схожую судьбу только, наоборот, из-за неспособности к волшебству? И Дамблдор действительно бросил свою сестрёнку что бы отправиться в Хогвардс и сделать блестящую магическую карьеру? К реальности Гарри вернул голос тётушки.
-Если бы Кендра не умерла раньше её, я бы решила что это она убила Андриану…
-Как ты можешь, -простонал Эльфиас, -Мать – убийца собственной дочери! Думай что говоришь!
-Если она смогла запереть свою дочь на долгие годы, почему бы и нет,
-пожала плечами Муриель, -но как я уже сказала, Кендра умерла раньше Арианы, так что версия не подходит… Вот только... никто ведь так и не выяснил от чего умерла Кендра... –глубокомысленно произнесла Муриель, -Ну конечно! Арианна могла вырваться из своей кельи и убить мать, пытаясь сбежать… Можешь качать головой сколько тебе угодно Эльфиас, но ведь ты же был на похоронах Арианы?
-Да был, -у Доджа задрожали губы, -даже не могу вспомнить, когда ещё я видел всех столь опечаленными, Альбус был буквально убит горем…
-Дело не только в его душевном состоянии, разве Аберфорт не сломал Дамблдору нос прямо во время церемонии?
Если раньше Додж выглядел опечаленным рассказом Муриель, то теперь они привели его в ужас. Её слова ранили его прямо в сердце. А тётушка похоже веселилась вовсю, она сделала большой глоток шампанского, тоненькой струйкой потёкшей по подбородку.
-Откуда ты…? Прошептал Додж.
-Моя мама была подругой Батильды Бегшот, весело сказала тётушка. Батильда рассказала матушке, как всё прошло на похоронах, как раз когда я проходила мимо двери. Ссора подле гроба – вот как она это назвала! Аберфорт кричал на Альбуса что это он виноват в смерти Арианы а затем ударил его по лицу. Батильда заметила что Альбус даже не пытался защититься, что само по себе странно. Ведь на дуэли Альбус мог бы с завязанными руками развеять Аберфорта в прах. Тётушка снова потянулась за шампанским. Восмоминания о старых скандалах похоже взбодрили её настолько, насколько удручили Доджа. Гарри уже не знал что ему думать и чьим словам верить. Он хотел знать правду о Дамблдоре. А Додж все бормотал, повторяя что Ариана просто была тяжело больна. С другой стороны Гарри с трудом мог представить себе, что Дамблдор не вмешался бы, если бы в его собственном доме творилась нечто, подобное рассказу тётушки. И все же несомненно, было что-то странное во всей этой истории.
-Вот что я вам ещё скажу, Муриель начала слегка икать и осушила очередной кубок, -Я думаю Батильда рассказала всё Рите Скитер. Все эти подсказки в интервью со Скитер указывают на Батильду. Источник информации необычайно близкий к семье Дамблдора. Она была там во время всех эти трагических событий.
-Батильда не стала бы откровенничать со Скитер. Тихо прошептал Додж.
-Батильда Багшот, автор книги “История магии”? –удивился Гарри.
Это имя было написано на обложке одной из школьных тетрадей Гарри, однако надо признать эта тетрадка была не из тех что Гарри штудировал с особым усердием.
-Да, Додж ухватился за вопрос Гарри, словно тонущий за соломинку, -одна из самых одарённых магических историков нашего времени и давний друг Альбуса.
-Говорят последнее время она совсем не в себе, -весело вставила тётушка Муриель.
-Если так, то со стороны Скитер ещё более низко пользоваться её состоянием, -- возмущённо ответил Додж, -к тому же в этом случае нет никакой уверенности что её словам можно верить.
-Существует много способов вернуть утраченные воспоминания. –Продолжила Муриель, но даже если Батильда совсем спятила, я уверенна у неё остались старые фотографии, может какие-нибудь письма. Он дружила с семьёй Дамблдоров долгие годы… Думаю уже это стоит того чтобы наведаться в Лощину Годрика.
Гарри потягивавший сливочное пиво поперхнулся. Додж похлопал его по спине пока Гарри откашливался, глядя на Муриель слезящимися глазами. Как только к нему вернулся дар речи, он спросил
-Батильда Багшот живёт в Лощине Годрика?
-О да, она там уже целую вечность. Семья Дамблдора переехала туда после того как Персиваль был заключён. А Матильда была их соседкой.
-Семья Дамблдора жила в Лощине Годрика?
-Да, Барри, я ведь это только что сказала, раздражённо бросила тётушка.
После этого разговора Гарри чувствовал себя опустошённым, за шесть лет, что он знал Даблдора, он ни разу даже не упомянул, что они оба жили и потеряли близких людей в Лощине Годрика, но почему?
Может быть Лили и Джеймся, похоронены рядом с мамой и сестрой Дамблдора.
Навещал ли он их? Может быть, приходя на кладбище навестить, Дамблдор проходил мимо могилы родителей. И он никогда и ничего не рассказывал об этом Гарри. Даже не потрудился упомянуть. Но почему это так важо? Гарри не мог это объяснить даже себе самому, но он чувствовал, что скрыть от него, что с Дамблдором его связывало одно и то же место и смерть близких людей. Со стороны Даблдора было равносильно обману.
Остекленевшим взглядом он смотрел вперёд, едва замечая, что происходит вокруг. Он даже не замтил что, что из толпы появилась Гермиона, до тех пор, пока она не поставила стул рядом с ним.
-Я просто больше не могу танцевать, тяжело дыша, сказала она. Потом сняла одну из туфелек и стала разминать ступню.
-Рон пошёл принести ещё пива. Это немного странно, но видела, как Виктор с негодованием ушел после разговора с отцом Луны, кажется, они поссорились…
Она понизила голос, внимательно глядя на Гарри.
-С тобой всё в порядке?
Гарри не знал с чего начать, но это было уже неважно. Потому что в этот момент, что-то огромное и серебряное прорвалось через навес над танцполом. Сверкая серебряным телом, огромная рысь медленно и изящно приземлилась среди танцоров. Все повернулись к ней, несколько пар так и замерли в нелепых позах.
Затем патронус медленно заговорил громким, глубоким голосом Кингсли Шаклеболта
-Министр свергнут! Скримджер убит. Они наступают.
Всё казалось неясным и медленным. Гарри и Гермиона поднялись на ноги и достали палочки. Многие только начинали понимать, что произошло что-то странное; головы всё ещё были повёрнуты к тому месту, откуда исчезла серебряная кошка. Молчание расползлось от того место, где появился Патронус. Затем кто-то закричал.

Гарри и Гермиона бросились в паникующую толпу. Гости разбегались в разных направлениях; многие Дисаппарировали; защитные чары вокруг Норы сдались.

- Рон! - кричала Гермиона. - Рон, где ты?

Они пробирались через танцплощадку, Гарри видел, как в толпе появились люди в мантиях и масках; затем он увидел Люпина и Тонкс, они оба подняли палочки и закричали "Протего!", крик разнёсся повсюду и отозвался эхом...

- Рон! Рон! - звала Гермиона, почти плача, пока они с Гарри пробирались сквозь толпу напуганных гостей. Гарри схватил её за руку, чтобы на не отстала, когда вспышка света пролетела над их головами, это было либо защитное заклинание, либо что-то более ужасное, он не знал...

Затем появился Рон. Он поймал свободную руку Гермионы, и Гарри почувствовал, что она повернулась; изображение и звук удалялись, над ними нависла темнота; он чувствовал только руку Гермионы, пока их затягивал водоворот пространства и времени, унося прочь от Норы, прочь от Пожирателей Смерти, прочь, возможно, от самого Волдеморта...

- Где мы? - сказал голос Рона.

Гарри открыл глаза. На секунду он подумал, что они вовсе не убежали со свадьбы; он всё ещё был окружён людьми.

- Дорога Тоттенхэм Корт, - задыхалась Гермиона. - Идите, просто идите, нам надо найти место, где вы бы смогли переодеться.

Гарри сделал, что она попросила. Они полу шли, полу бежали по широкой тёмной улице в окружении запоздалых прохожих, между закрытых магазинов, а над ними сияли звёзды. Двухэтажный автобус пронёсся мимо и группа весёлых пьянчуг окликнула их, когда те прошли мимо. Гарри и Рон всё ещё были одеты в парадные мантии.

- Гермиона, нам не во что переодеться, - сказал ей Рон, когда молодая женщина закатилась от смеха, увидев его.
- Почему я не взял Мантию-Невидимку? – сказал Гарри, удивляясь собственной глупости. – Весь прошлый год я носил её с собой и…
- Ничего страшного, Мантия у меня, и вещи для вас обоих, - сказала Гермиона, - просто попытайтесь пока что вести себя естественно…

Она провела их вниз по улице в укрытие в тёмной аллее.

- Когда ты говоришь, что Мантия у тебя и вещи тоже… - сказал Гарри, хмурясь при виде маленькой сумочки, которую несла Гермиона и в которой она сейчас копалась.
- Да, они здесь, - сказала Гермиона и, к удивлению Гарри и Рона, она достала джинсы, футболку, несколько коричневых носков и, наконец, серебристую Мантию.
- Как, чёрт побери…?
- Неопределяемое Расширяющее Заклинание, - сказала Гермиона. Трудноватое, но я думаю, что у меня получилось. Короче, мне удалось поместить здесь всё, что нам может понадобиться. – Она потрясла на вид хрупкую сумочку, и оттуда послышался звук нескольких тяжёлых предметов, перекатывающихся внутри. – Ой, чёрт, это книги, - сказала она, заглядывая внутрь, - и я рассортировала их по темам… ну что ж… Гарри, лучше тебе взять Мантию-Невидимку. Рон, поторопись и переоденься…
- Когда ты всё это сделала? – спросил Гарри, пока Рон снимал с себя мантию.
- Я говорила вам ещё в Норе, что я собрала всё необходимое, знаете, на случай, если нам надо будет выбраться быстро. Я собирала твой рюкзак сегодня утром, Гарри, после того как ты переоделся и оставил его… У меня было предчувствие…
- Ты просто удивительная, - сказал Рон, протягивая ей свою свёрнутую мантию.
- Спасибо, сказала Гермиона, едва заметно улыбаясь и засовывая мантию Рона в сумочку. – Пожалуйста, Гарри, надень Мантию!

Гарри накинул на себя Мантию-Невидимку, исчезая из видаю Только сейчас он начал понимать, что произошло.

- Остальные… все на свадьбе…
- Мы не можем сейчас думать об этом, - прошептала Гермиона. – Они преследуют тебя, Гарри, и мы поставим многих под угрозу, если вернёмся.
- Она права, - сказал Рон, который, казалось, знал, о чём сейчас будет спорить Гарри, даже если он не видел его лица. – Большая часть Ордена была там, они присмотрят за всеми.

Гарри кивнул, затем вспомнил, что они его не видели, и сказал «Да». Но он думал о Джинни, а страх кислотой обжигал его изнутри.

- Ладно, нам пора двигаться дальше, - сказала Гермиона.

Они снова вышли на улицу, где пела песни и шаталась из стороны в сторону группа мужчин на противоположной от них стороне.

- Мне просто интересно, почему Дорога Тоттенхэм Корт? – спросил Рон у Гермионы.
- Понятия не имею, это первое, что пришло мне в голову, но я уверена, что в мире магглов гораздо безопаснее, здесь они не ожидают нас найти.
- Действительно, - сказал Рон, оглядываясь, - но вы не чувствуете себя слегка… открытыми?
- А куда нам идти? – сказала Гермиона, пригибаясь, когда на другой стороне один из мужчин присвистнул. – В Дырявом Котле мы вряд ли забронируем номера, так? Гриммолд Плэйс отпадает, если Снэйп может зайти туда… Полагаю, нам нужно попытаться пойти к моим родителям, хотя они могут проверять и там… Когда же они замолчат?
- Как дела, милашка? – крикнул самый пьяный из стоявших напротив. – Хочешь выпить? Бросай рыжего и пошли с нами, пропустим пару стаканчиков!
- Давайте где-нибудь сядем, - нервно сказала Гермиона, когда Рон уже открыл рот, чтобы крикнуть что-нибудь в ответ. – Вот, посмотрите, можно сесть здесь!

Это было маленькое грязное круглосуточное кафе. На столах тонким слоем расплылся жир, но здесь, по крайней мере, было пусто. Гарри прошёл первым, рядом с ним сел Рон, напротив – Гермиона, которая сидела спиной к выходу и не очень была этим довольна. Она оборачивалась так часто, будто у неё были судороги. Гарри не нравилось сидеть на месте; при движении казалось, что у них есть какая-то цель. Под Мантией о чувствовал, как последние остатки Оборотного Зелья покидали его, его руки принимали прежний облик. Он достал очки из кармана и снова надел их.

требуются модераторы



PlagiatNIK.ru - Ник Сатин защищен.

- Вы знаете, мы не так далеко от Дырявого Котла, нам только надо добраться до Перекрёстка Чаринг…
- Рон, мы не можем! - перебила его Гермиона.
- Не чтобы остаться, а чтобы узнать, что происходит!
- Мы и так знаем, что происходит! Волдеморт захватил министерство, что нам ещё надо знать?
- Хорошо, хорошо, я просто предложил!

Воцарилась тишина. Официанта, жующая жвачку, подошла к ним, и Гермиона заказала два каппуччино. Поскольку Гарри был невидимым, было бы странным заказывать кофе и на него. Пара здоровенных рабочих вошли в кафе и сели за соседний столик. Гермиона перешла на шёпот:

- Я предлагаю найти тихое место, чтобы Дисаппарировать и отправиться за город. Как только мы там окажемся, мы можем связаться с Орденом.
- А ты умеешь делать говорящего Патронуса? - спросил Рон.
- Я тренировалась, я думаю, что смогу, - сказала Гермиона.
- Ну, можно, пока это не грозит неприятностями, хотя их могли уже арестовать. Боже, какой гадкий кофе, - добавил Рон, отпив из кружки дымящегося кофе сероватого оттенка. Официантка услышала его и злобно посмотрела в его сторону, подходя к новым посетителям. Больший из двух рабочих, который был светловолосым и довольно огромным, жестом попросил её отойти. Она с удивлением посмотрела на него.
- Пойдёмте, я не хочу пить эти помои, - сказал Рон. – Гермиона, у тебя есть маггловские деньги, чтобы расплатиться?
- Да, я взяла все свои сбережения для Строительного Общества, прежде чем отправиться в Нору. Могу поспорить, мелочь на дне, - вздохнула она, залезая в сумочку.

Двое рабочих совершили одинаковые движения, которые Гарри тут же повторил, не раздумывая: все трое вытащили палочки. Рон, лишь через несколько секунд поняв, что происходит, нырнул под стол, толкая Гермиону вбок под скамейку. Сила заклинаний Пожирателей пробила стену в том месте, где только что была голова Рона, а Гарри, всё ещё невидимый, закричал: «Остолбеней!»
Красная вспышка угодила здоровому светловолосому Пожирателю прямо в лицо, он без сознания повалился на бок. Его спутник не мог понять, кто произнёс заклинание, и снова пальнул по Рону. Блестящие чёрные верёвки вылетели из его палочки и обвили Рона с ног до головы. Официантка закричала и побежала к выходу. Гарри послал ещё одно Замораживающее Заклинание в Пожирателя с кривым лицом, который связал Рона, но промахнулся. Заклинание отскочило от окна и попало в официантку, которая упала на пол перед дверью.

- Экспульсо! – закричал Пожиратель, и стол, за которым стоял Гарри, взорвался. Силой взрыва его прибило к стене, палочка выпала из рук, а Мантия слетела с него.
- Петрификус Тоталус! – закричала Гермиона, хотя её не было видно, и Пожиратель упал, словно статуя, приземляясь в гору фарфора, дерева и кофе. Гермиона вылезла из-под скамейки, вытряхивая из волос осколки стекла и страшно дрожа.
- Д-дифиндо, - сказала она, указывая палочкой на Рона, который заревел от боли, когда она распорола его коленку, оставляя глубокий порез. – Прости Рон, у меня трясётся рука! Дифиндо!

Верёвки упали. Рон поднялся на ноги, встряхивая руками, чтобы вернуть их в прежнее состояние. Гарри поднял палочку и пробрался через руины к тому месту, где на скамейке без сознания лежал большой светловолосый Пожиратель.

- Я должен был узнать его, он был там в ночь смерти Дамблдора, - сказал он. Он перевернул тёмного Пожирателя ногой, глаза мужчина бегали между Гарри, Роном и Гермионой.
- Это Долохов, - сказал Рон. – Я видел его на старых плакатах «Разыскивается». Я думаю, что большой – это Торфинн Роул.
- Не важно, как их звали! – немного истерически сказала Гермиона. – Как они нас нашли? Что нам делать?
Каким-то образом её паника прояснила голову Гарри.
- Запри дверь, - сказал он ей. – А ты, Рон, выключи свет.

Он посмотрел на парализованного Долохова, быстро собираясь с мыслями, пока щёлкал замок, а Рон при помощи Делюминатора погрузил кафе в сумерки. Гарри слышал, как мужчина, подзывавший Гермиону на улице, теперь кричал другой девушке.

- Что нам теперь с ними делать? – прошептал Рон в темноте, а затем стал говорить совсем тихо. – Убить их? Они бы убили нас. У них был прекрасный шанс.

Гермиону передёрнуло и она отошла назад. Гарри замотал головой.

- Нам надо просто стереть у них память, - сказал Гарри. – Лучше так, мы собьём их со следа. Если мы их убьём, станет ясно, что мы здесь были.
- Ты начальник, - сказал Рон с облегчением. – Но я никогда не делал Заклинания Памяти.
- И я, - сказала Гермиона, - но в теории знаю.

Она глубоко вздохнула и успокоилась, затем указала палочкой на лоб Долохова и сказала: «Обливиэйт».

Мгновенно глаза Долохова стали затуманенными и бессмысленными.

- Отлично! – сказала Гарри, хлопая её по спине. – Займись другим и официанткой, а мы с Роном приберёмся.
- Приберёмся? – сказал Рон, осматривая полуразрушенное кафе. – Зачем?
- Тебе не кажется, что они могут что-то заподозрить, если проснуться в месте, которое как будто взорвали?
- О, да, точно…

Рону пришлось приложить немалые усилия, чтобы вытащить палочку из кармана.

- Неудивительно, что я не могу её достать, Гермиона, ты положила мои старые джинсы, а они узкие.
- Ой, ну прошу прощения, - прошипела Гермиона, уволакивая официантку от окна. Гарри слышал, как она тихо предложила, куда ещё Рон мог бы засунуть свою палочку.

Как только кафе было приведено в прежнее состояние, они посадили Пожирателей за тот столик, где те сидели раньше, лицом друг к другу.

- Но как они нашли нас? – спросила Гермиона, смотря то на одного, то на другого. – Как они узнали, что мы здесь?

Она повернулась к Гарри.

- Ты… ты думаешь, на тебе всё ещё есть След?
- Не должно быть, - сказал Рон. – След исчезает в семнадцать, это закон, им нельзя пометить взрослого.
- Это то, что знаешь ты, - сказала Гермиона. А если Пожиратели нашли способ, как накладывать След и на семнадцатилетних?
- Но Гарри уже сутки не находился рядом с Пожирателями. Кто бы наложил на него След?

Гермиона не отвечала. Гарри чувствовал себя паршиво: неужели так их и нашли Пожиратели?

- Если я не могу использовать магию, а вы не можете использовать её рядом со мной, чтобы нас не засекли… - начал он.
- Мы не разделимся! – отрезала Гермиона.
- Нам нужно безопасное место, чтобы спрятаться, - сказал Рон. – Чтобы было время всё обдумать.
- Гриммолд Плэйс, - сказал Гарри.

Парочка уставилась на него:

- Не глупи, Гарри, туда может проникнуть Снэйп
- Папа Рона сказал, что они наложили закляться против него… и даже если они не сработают, - он сделал акцент, когда Гермиона попыталась протестовать, - то что тогда? Клянусь, сейчас мне больше всего хочется встретить Снэйпа!
- Но…
- Гермиона, куда нам ещё идти? Это лучшее, из чего мы можем выбирать. Снэйп – это только один Пожиратель. Если на мне всё ещё След, вокруг нас их соберутся толпы, куда бы мы ни пошли.

Она не могла поспорить, хотя всем видом показывала, что очень хотела бы. Пока она открывала дверь кафе, Рон выпустил свет из Делюминатора. Затем Гарри досчитал до трёх, и они произнесли над тремя жертвами заклинания. Прежде чем официантка или Пожиратели очнулись, Гарри, Рон и Гермиона обернулись на месте и исчезли в темноте ещё раз.
Несколько секунд спустя Гарри вдохнул полной грудью и открыл глаза: они стояли посреди знакомой маленькой и неопрятной площади. Высокие ветхие дома смотрели на них со всех сторон. Они видел дом номер двенадцать, потому что Хранитель Секрета Дамблдор рассказал им, где он находился. Они поторопились внутрь, проверяя по пути, не преследовали ли их. Они вбежали вверх по каменным ступенькам, Гарри постучал по входной двери палочкой. Послышалась череда металлических щелчков и звон цепочки, затем дверь со скрипом открылась и они поспешили переступить через порог.
Как только Гарри закрыл за собой дверь, старомодные газовые лампы ожили, разбрасывая мерцающий свет по всему коридору. Всё выглядело таким, каким Гарри это запомнил: зловещим, покрытым паутиной; очертания голов домашних эльфов на стене, отбрасывали зловещие тени на лестницу. Длинный чёрный занавес скрывал портрет матери Сириуса. Единственной вещью, которая стояла не на своём месте, была подставка для зонтиков в виде ноги тролля, которая лежала на боку, как буто Тонкс только что вновь уронила её.

- Я думаю, кто-то был здесь. - прошептала Гермиона, указывая на подставку.
- Это могло случиться, когда Орден уходил. - шепнул Рон в ответ.
- И где же эти проклятья, которые они наложили против Снейпа? - спросил Гарри.
- Возможно они срабатывают только тогда, когда он появляется? - предположил Рон.

Они всё ещё стояли вместе на дверном коврике, спиной к двери, боясь перемещаться по дому дальше.

- Что ж, мы не можем стоять здесь вечно. - произнёс Гарри и шагнул вперёд.
- Северус Снейп? - прошептал голос Грозного Глаза Грюма из темноты, заставяя их в ужасе отпрыгнуть назад. - Мы - не снейп! - успел прохрипеть Гарри, прежде чем что-то, похожее на вихрь холодного воздуха, просвистело над ним, и его язык завернулся вокруг самого себя, лишая его возможности говорить. Прежде чем он успел почувствовать то, что творится у него во рту, язык распутался обратно.
Другие, похоже, испытали то же неприятное ощущение. Рон издавал звуки, похожие на рвотные, Гермиона, заикаясь, произнесла:

- Это д...должно б...быть за...заклятие связывания я...языка, которое Грозный Глаз наложил для Снейпа!

Гарри осторжно сделал ещё шаг вперёд. Что-то двигалось в тени в конце зала, и прежде чем кто-то из них успел вымолвить хоть слово, высокая, зловещая фигура цвета пыли выросла из-за ковра; Гермиона закричала, как и миссис Блэк, занавес которой слетел; серая фигура плавно приближалась к ним, всё быстрее и быстрее, с волосами до пояса и бородой, развевающейся за ними, со впалым лицом, бесплотная, с пустыми глазницами. Ужасно знакомая, чудовищно изменившаяся, она подняла бесполезную культю, указывая на Гарри.

- Нет! - закричал Гарри, и, несмотря на поднятую палочку, не смог вспомнить ни одного заклинания. - Нет, это были не мы! Мы не убивали тебя...

При слове "убить" фигура взорвалась огромным облаком пыли. Кашляя, со слезящимеся глазами, Гарри огляделся в поисках Гермионы, которая лежала на полу у двери, закрыв голову руками, а Рон, трясущийся с головы до ног, грубо хлопал её по плечу, подбадривая:

- Всё х-хорошо... Оно у-ушло...

Пыль кружилась вокруг Гарри как туман, заслоняя синий газовый свет, пока миссис Блэк продолжала кричать^

- Грязнокровки, твари, ублюдки безродные, такой позор в доме моих предков...
- ЗАТКНИСЬ! – закричал Гарри, указывая на неё палочкой, и с грохотом и вспышкой красных искр занавески закрылись, утихомиривая её.
- Это… было… - прошептала Гермиона, пока Рон помогал ей подняться на ноги.
- Да, - сказал Гарри, - но это ведь был не он, так? Это сделали, чтобы спугнуть Снэйпа.

Сработал ли трюк или Снэйп убил это пугало так же беспечно, как сделал это с настоящим Дамблдором? Он всё ещё был на взводе, когда вёл своих друзей по коридору, ожидая ещё каких-нибудь ужасов, но ничего не двигалось, кроме мыши, бежавшей вдоль стены.

- Нам лучше всё проверить, прежде чем мы пойдём дальше, - прошептала Гермиона и подняла палочку со словами «Хоменум Ревелио».-Ничего не произошло.
- Спишем это на шок, - дружелюбно сказал Рон. – Что должно было произойти?
- Всё так, как я задумала, - обиженно сказала Гермиона. – Это заклинание, которое обнаруживает присутствие других людей, и в доме нет никого, кроме нас!
- И старого Дасти, - сказал Рон, бросая взгляд на то место в ковре, откуда вылез труп.
- Пойдёмте наверх, - сказала Гермиона, испуганно глядя на ту же точку, пока она поднималась наверх по скрипящим ступеням.

Гермиона взмахнула палочкой, чтобы зажечь старые газовые лампы, затем, слегка дрожа от прохлады в комнате, она присела на диван, обхватив себя руками. Рон прошёл к окну и отодвинул тяжёлые вельветовые занавески на пару сантиметров.

- Никого не видно, - сообщил он. – Думаю, если бы на Гарри всё ещё был бы След, они бы последовали за нами сюда. Я знаю, что они не смогут попасть в дом, но… что такое, Гарри?

Гарри закричал от боли: шрам загорелся, когда в его голове пронеслось видение. Он видел большую тень и чувствовал злость, которая не принадлежала ему, но она овладевала его телом, жестокая, но молниеносная.

- Что ты видел, - спросил Рон. – Ты видел его у нас дома?
- Нет, я просто почувствовал ярость… он очень зол…
- Но это могла быть Нора, - громко сказал Рон. – Что ещё? Ты ничего не видел? Он кого-нибудь проклинал?
- Нет, я просто почувствовал ярость… я не смог понять…

Гарри чувствовал смятения, а Гермиона лишь всё ухудшила, спросив испуганным голосом:

- Это снова твой шрам? Что происходит? Я думала связь прервалась!
- Прервалась. Ненадолго, - пробормотал Гарри, его шрам до сих пор болел, он чего ему было сложно сосредоточиться. – Я… я думаю, оно возникает, когда он теряет контроль, так было…
- Но тебе нужно закрыть разум! – нервно сказала Гермиона. – Гарри, Дамблдор не хотел, чтобы ты пользовался этой связью, он хотел, чтобы ты её оборвал, вот зачем тебе нужна Окклюменция! Иначе Волдеморт может понасадить в твоём разуме фальшивых картинок, помнишь…
- Да, я помню, спасибо, - сказал Гарри, сжав зубы; ему не надо было напоминание от Гермионы ни о том, что однажды Волдеморт уже использовал эту связь между ними, чтобы заманить его в ловушку, ни о том, что по этой причине погиб Сириус. Он не хотел рассказывать им, что он увидел и почувствовал, от этого угроза, исходящая от Волдеморта, становилась сильнее. Шрам болел всё сильнее, это походило на самообман, отказ верить в то, что ты болен.

Он повернулся к Рону и Гермионе спиной, делая вид, что изучает старый гобелен с генеалогическим деревом Блэков. Гермиона вскрикнула. Гарри достал палочку и быстро повернулся, затем увидел серебристого Патронуса, пролетающего сквозь окно комнаты и приземляющегося на полу перед ними. Патронус принял форум горностая и заговорил голосом отца Рона.

- Семья в безопасности, не отвечайте, за нами следят.
- Патронус растворился в воздухе. Рон застонал, усаживаясь на диван, Гермиона подсела к нему, сжимая его руку.
- Они в порядке, они в порядке! – шептала она, и Рон почти засмеялся и обнял её.
- Гарри, - сказал он через плечо Гермионы, - я…
- Нет проблем, - сказал Гарри, чувствуя себя хуже, пока боль в голове росла. – Это твоя сеьмя, конечно, ты волновался. Я бы чувствовал себя так же. – Он подумал о Джинни. – Я так себя и чувствую.
Боль в шраме достигала своей апогея, горя так же, как и в Норе. Он едва слышал, как Гермиона сказала «Я не хочу оставаться одна. Можно мы поспим в спальных мешках, которые я принесла, здесь?»

Он слышал, как Рон согласился. У него больше не было сил сопротивляться боли. Нужно было сдаваться.

- Ванная, - пробормотал он и вылетел из комнаты очень быстро, даже не переходя на бег.

Он едва успел: запирая дверь дрожащими руками, он обхватил голову и упал на пол, затем вспышка агонии, он почувствовал ненависть, которая принадлежала не ему, как она овладевала его душой. Он увидел длинную комнату, освещённую лишь светом камина, а на полу лежал огромный светловолосый Пожиратель Смерти, крича и дёргаясь, над ним стоял человек с поднятой палочкой. Гарри заговорил высоким холодным беспощадным голосом.

- Ещё, Роул, или мы закончим и Нагини тебя скушает? Лорд Волдеморт не уверен, что он простит в этот раз… Ты вызвал меня для того, чтобы сказать, что Гарри Поттер снова убежал? Драко, покажи Роулу, как мы им недовольны… Сделай это или сам узнаешь!
В огонь полетело полено. Пламя занялось, его свет появился на испуганном остром белом лице – словно выныривая с большой глубины, Гарри тяжело задышал и открыл глаза.
Он раскинулся на холодном чёрном мраморном полу, его нос всего лишь в сантиметрах от серебряных змей, на которых стояла ванна. Он сел. В его сознании застыл образ мрачного, окаменевшего лица Малфоя. Гарри чувствовал отвращение к тому, что он увидел, судя по всему, Драко действительно подчинялся Волдеморту.
В дверь коротко постучали, и Гарри подпрыгнул, когда до него донёсся голос Гермионы.

- Гарри тебе нужна твоя зубная щётка? Она у меня.
- Да, ладно, спасибо, - сказал он, пытаясь говорить так, будто всё было в порядке, и встал, чтобы впустить её.

требуются модераторы



PlagiatNIK.ru - Ник Сатин защищен.

Поколения теряют лик:
Враг их - смерти скрипучий крик
И удар в лабиринты вен -
Кровотока и горя тлен.
Человек не живёт в тот миг.

Но лечение есть в домах -
Не снаружи, где правит страх,
Не от прочих людей-врагов,
Не от рук, а от злых богов,
Что живут в подземных мирах.

Пусть в блаженстве своём они
Проживают порока дни,
Пока мы им в ответ - быстрей
Воспитаем своих детей
И посмотрим - кто победит.
(Эсцил. Просящие возлияния.)

Смерть пересекает мир, как Люди переплывают моря; Она и Они живут в одинаковом безмолвии. Она и Они нуждаются в том, что любят. Она и Они вездесущи.
В этом божественном стекле они сталкиваются лицом к лицу, и их разговор прост, равно как и чист.
О некоторых Людях говорят, что они умрут вместе, потому что их дружба - лучшее Чувство, когда либо существовавшее на планете, потому что Оно - бессмертно.

требуются модераторы



PlagiatNIK.ru - Ник Сатин защищен.

Гарри проснулся ранним утром, в спальном мешке на полу в гостиной. Маленький кусочек неба выглядывал из-за тяжёлых полотняных штор. Небо было насыщенно-синим, цвета пролитых чернил, такое бывает незадолго до рассвета. Абсолютную тишину в комнате нарушало лишь тихое дыхание спящих Рона и Гермионы. Гарри сел в спальном мешке и посмотрел на друзей. В темноте, фигуры были едва различимы. Вчера Рон проявил галантность и настоял, чтобы Гермиона спала на подушках от дивана, поэтому её силуэт выделялся над силуетом Рона. Рука Гермионы свисала на пол, а пальцы замерли совсем рядом с рукой Рона. Гарри подумал, что они заснули, держась за руки. Странно, но эта мысль наполнила его грустью, Гарри почувствовал себя, очень одиноким.
Он посмотрел вверх. Ничего. Только потолок с причудливыми тенями, да покрытая паутиной люстра. Ещё вчера он стоял под ярким летним солнцем и показывал места гостям на свадьбе. Кажется, это было очень давно, может быть целую жизнь назад. Что будет дальше? Гарри снова лёг, не обращая внимания на жесткие доски. Он лежал, глядя в потолок, и мысли проносились в его голове словно стайка беспокойных рыб. Гарри думал о Хоркруксах, о трудной миссии, что Дамблдор возложил на него… Дамблдор…
Тоска что не отпускала его с тех самых пор, как великий волшебник был убит, но теперь она стала совсем другой. Обвинения, что он услышал от Муриель на свадьбе, словно клубок ядовитых змей свили себе гнездо у Гарри в голове, отравляя светлые воспоминания, о Дамблдоре, волшебнике, которым он всегда восхищался. Мог ли Дамблдор действительно допустить, что бы, что-то подобное случилось у него в семье? Неужели он когда-то был таким же, как Дадли, готовый равнодушно наблюдать, игнорировать и даже издеваться до тех пор, пока это не коснется его самого? Неужели он мог просто уйти, оставив свою маленькую сестрёнку запертой на всю жизнь только за то, что та не могла колдовать.
Гарри думал о Годриковой Лощине, о могилах, которые его наставник никогда не упоминал, о странном завещании Дамблдора, и его негодование росло. Почему старый волшебник ничего ему не рассказал? Почему не объяснил? Действительно ли Дамблдор так заботился о нём или Гарри был лишь инструментом, который заботливо полируют и точат, но отложат прочь, когда в нём отпадёт нужда? Инструментам нет нужды знать старые семенные тайны они просто должны хорошо выполнять свою работу.
Гарри больше не мог лежать в компании собственных мрачных мыслей. Пытаясь хоть как-то отвлечься, он вылез из спального мешка, взял палочку и тихо вышел из комнаты. В коридоре Гарри прошептал Lumus и начал карабкаться по лестнице, освещённой лишь светом волшебной палочки. На втором этаже была спальня, где они с Роном спали, когда жили здесь в прошлый раз. Он заглянул в комнату. Двери шкафа были открыты, а постельное бельё раскидано повсюду. Гарри вспомнил про перевернутую ногу тролля на первом этаже. Кто-то основательно порылся в доме, после того как его покинули члены ордена. Снейп или может Мундугус, он много чего стащил из этого дома до и после смерти Сириуса. Гарри заинтересованно посмотрел на портрет где иногда появлялся Финеас Нигелус Блек, прадед Сириуса, но картина была пуста, только серый фон на том месте, где должен был находиться её обитатель. Очевидно Финеас Нигелус проводил ночь на портрете в кабинете директора Хогсварда. Гарри поднялся ещё на несколько пролётов, пока не дошел до самого верхнего этажа, здесь были только две двери. К двери напротив него была прибита именная табличка, которая гласила “Сириус”.
Раньше Гарри ни разу не заходил в спальню крёстного. Он толкнул дверь, держа палочку над головой, чтобы осветить как можно больше места. Комната была просторной и когда-то должно быть была очень красивой. Большая кровать с красивой, резной деревянной спинкой. Высокое окно, прикрытое длинными вельветовыми шторами и люстра, покрытая пылью. В пазах люстры до сих пор стояли огарки свечей, застывший воск свисал наподобие сосулек. Толстый слой пыли покрывал фотографии на стенах и спинку кровати. Паутина протянулась от люстры к большому деревянному шкафу. Когда Гарри двинулся в глубь комнаты, он заметил стремительные движения потревоженных мышей. Когда Сириус был ровесником Гарри, он оклеил стены своей спальни множество плакатов и фотографий. Плакаты висели так густо, что лишь кое-где из-под них проглядывали серебристо серый шёлк обоев. То, что фотографии до сих пор висели на стенах, могло объясняться лишь тем, что родители Сириуса не смогли разрушить заклятье, которым он их приклеил. Вряд ли они могли по достоинству оценить вкусы их старшего сына. Похоже, Сириус зашел довольно далеко в стремлении подчеркнуть своё отличие от остальных Блеков. Несколько больших гербов Гриффиндора, тускло блестевшие атласом и золотом, множество фотографий мотоциклов. А так же несколько плакатов (Гарри оценил смелость Сириуса) с едва одетыми магловскими красотками в бикини. Гарри догадался, что это магловские девушки, потому что они не двигались. Навсегда застывшие на бумаге улыбки, покрытые пылью лица. Единственной волшебной фотографией, легко заметной в контрасте с остальными, было изображение четверых учеников Хогвардса стоящих рука об руку и смеющихся перед камерой. Гарри сразу узнал отца, растрёпанные волосы торчали во все стороны, совсем как у Гарри, и он тоже носил очки.
На фотографиях, которые были довольно заметны среди остальных волшебных плакатов, около него стоял Сириус, беззаботный, красивый, его молодое чуть высокомерное лицо светилось счастьем. Таким Гарри никогда не видел крёстного при жизни. Справа от Сириуса стоял Петегрю, почти на голову ниже остальных, пухлый с маленькими блестящими глазками. Даже на фотографии было заметно как он рад что его приняли в самую лучшую компанию в школе, вместе с Сириусом и Джеймсом, знаменитыми сорванцами, предметом восхищения и зависти всех других учеников. Слева от Джеймса стоял Люпин уже тогда с чуть потёртым видом, но и его окружала такая же атмосфера радости что и остальных, и может быть лёгкой неожиданности, что его приняли в компанию, а может Гарри просто знал об этом и додумал детали.
Он попытался отклеить фотографию, в конце концов, теперь этот дом принадлежал ему, но куда там, Сириус позаботился о том, что бы никто не имел возможности изменить интерьер его спальни. Небо за окном стало немного светлей, полоска света из-под штор осветила книги, обрывки бумаги и множество других мелких предметов разбросанных по ковру. Гарри наклонился и поднял несколько клочков бумаги. Один оказался страницей из старого издания Истории магии, авторства Батильды Багшот, второй был обрывком инструкции по техобслуживанию мотоциклов. Третий был написан от руки и сильно скомкан. Гарри осторожно расправил его.

Дорогой Мягколап,
Огромное спасибо тебе за подарок Гарри на день рожденья! Пока это его любимейшая игрушка. Всего один год, а уже вовсю летает по квартире на игрушечной метле, ему это так нравиться. К письму я приложила фотографию, так что сможешь посмотреть. Метла поднимается всего на полметра, но Гарри уже чуть не убил кота и разбил вазу, которую Петунья послала мне в подарок. (Ваза была ужасная, так что жалеть не о чем).
Джеймсу тоже очень понравилось, он уже решил, что Гарри станет великим игроком в квидич, но нам приходиться убирать все хрупкие предметы и не спускать с Гарри глаз пока он развлекается с метлой.
День рожденья вышел очень скромным, мы выпили чая с Батильдой, она всегда добра к нам и безумно любит Гарри. Так жаль, что ты не смог прийти, но дела Ордена конечно важнее, а Гарри всё равно ещё так мал что не понимает что это его день рожденья. Джеймс последнее время немного грустный он злиться, что вынужден сидеть здесь взаперти. К тому же Дамблдор всё ещё не вернул ему плащ-невидимку, так что даже не получается выйти немного прогуляться. Если бы ты мог заглянуть хоть ненадолго, это несомненно его очень взбодрит. Недавно заходил Питер. Мне показалось он чем то расстроен, но это наверное из за того что случилось с семьёй МакКиннон, я плакала всю ночь когда узнала о них. Батильда проводит с нами почти каждый день, она потрясающая женщина, часто рассказывает удивительно интересные истории о Дамблдоре…

Руки Гарри словно онемели. Он стоял неподвижно, по-прежнему сжимая в руках кусок письма чудесным образом дошедший до него через столько лет, но внутри него словно что-то взорвалось и растеклось по жилам. Покачнувшись, он сел на кровать. Гарри снова прочитал письмо, но не смог уловить больше смысла, чем в первый раз. Теперь он просто смотрел на рукописный текст. Мама писала буку «Г» точно так же как он сам. Он искал все эти буквы в тексте, и каждая отзывалась коротким всплеском радости, словно на какую-то короткую секунду он мог оказаться рядом с мамой. Это письмо было огромным сокровищем, доказательством того, что Лили Поттер жила на этом свете и её тёплые нежные руки когда то двигались по этому листку, выводя буквы чернилами. Буквы складывались в слова, в слова о нём, о Гарри, её сыне.
Нетерпеливо смахнув с глаз непрошенные слёзы, Гарри ещё раз перечитал письмо, на этот раз, сосредоточившись на деталях. Это было всё равно что слушать полузабытый голос.
У них был кот… наверное он погиб как и родители в Годриковой Лощине… или может быть просто сбежал когда некому стало его кормить… Сириус подарил ему его первую метлу… Его родители знали Батильду Багшот, может быть их познакомил Дамблдор? Дамблдор всё ещё не вернул Джеймсу его плащ-невидимку… определенно в этой строке что-то было…
Гарри остановился, обдумывая слова матери. Зачем Дамблдору понадобился плащ-невидимка? Гарри чётко вспомнил его слова “Мне не нужен плащ, что бы быть невидимым” может быть, кому-то не столь одаренному из членов Ордена потребовалась помощь?
Гарри продолжил…

Питер был здесь… Петегрю, предатель! Похоже, он чем-то «расстроен» да неужели. Может быть, он уже знал, что видит Джейма и Лили в последний раз?
И наконец снова Батильда, она рассказывала удивительные истории о Дамблдоре, кажется невероятным что он…

Дамблдор что? Но в письме было множество всего, что касалось Дамблдора и могло иметь эпитет “невероятный”. Например, то что он получил худшие в классе оценки на экзамене по превращениям, или наколдовал очаровательного осла, так похожего на Аберфорта...
Гарри вскочил и внимательно обыскал пол кабинета. Может быть, второй кусок письма лежит где-то здесь. Он схватил бумаги с рвением ничуть не меньшим чем у того, кто раньше здесь всё перевернул. Он выдвинул ящики стола, перетряхнул книги, встал на стул что бы проверить, не лежит ли что-нибудь в пыли на шкафу, заглянул под кресло, и даже, измазавшись в пыли, залез под кровать. Наконец, лёжа на полу Гарри, заметил обрывок бумаги под тумбочкой. Когда он вытащил его, это оказалась большая часть фотографии, которую Лили описала в письме. Черноволосый ребенок пролетает на крошечной метле, весело хохоча и пара ног, очевидно принадлежащих Джеймсу, следовала за ним. Гарри сунул фотографию в карман, к письму Лили и продолжил поиски недостающей части. После четверти часа поисков Гарри пришлось признать, что обрывка с окончанием письма в комнате нет. Может быть, оно просто затерялось за те шестнадцать лет, прошедших с момента его написания, или его забрал тот, кто обыскивал комнату?
Гарри прочел первую часть ещё раз, на этот раз выискивая намёки на то что во второй части письма могло быть таким ценным для пожирателей смерти, вряд ли его игрушечная метла. Единственное что он мог предположить это информация о Дамблдоре, которую могла рассказать Батильда. “Кажется невероятным что Дамблдор…” Что?

- Гарри? Гарри! Где ты? – раздались взволнованные голоса снизу.
- Я здесь, что случилось?

Снаружи раздался звук шагов, и Гермиона буквально влетела в комнату.

- Мы проснулись а тебя нет, и не знали где ты! – сказала Гермиона пытаясь отдышаться. Она повернулась к открытой двери и громко крикнула. - Рон! Я нашла его!

Сердитый голос Рона, разнёсся эхом с первого этажа.

- Хорошо, передай ему от меня, что он урод.
- Гарри, больше никогда так не исчезай. Пожалуйста, - сказала она сквозь слёзы, - мы так испугались!

Гермиона оглядела перевёрнутую комнату и спросила уже намного спокойнее.

- А что ты тут делал?
- Посмотри что я нашёл, - Гарри протянул ей письмо, Гермиона взяла его и быстро пробежала глазами. Когда она дочитала до конца, он посмотрела на Гарри и прошептала.
- О… Гарри…
- Есть ещё вот это, - Гарри протянул обрывок фотографии, и Гермиона улыбнулась, глядя на малыша на метле.
- Я искал недостающую часть письма, грустно сказал Гарри, но его здесь нет.

Гермиона осмотрелась.

- Это ты так всё перевернул или так было до тебя?
- Кто-то уже обыскивал это место. - Вздохнув, сказал Гарри.
- Как ты думаешь, что они искали?

Гарри задумался, что может быть ценного в старом доме Блеков.

- Наверное, информацию об Ордене, если это был Снейп.
- А ты не думаешь что у них и так было всё что нужно. Я имею в виду то, что Снейп ведь был членом Ордена.
- Ну тогда… Гарри захотелось обсудить свои догадки, - А что если они искали информацию о Дамблдоре? Что-нибудь вроде второй части этого письма? Ты знаешь Батильду? Мама упоминала её в письме, ты знаешь кто она?
- Кто?
- Батильда Багшот, автор…
- Истории магии, закончила фразу Гермиона, - ей стало любопытно, - так значит, твои родители знали её? Она была потрясающим магическим историком.
- Она жива и сейчас, сказал Гарри, --и живет в Годриковой Лощине. Тётя Рона, Муриель говорила о ней на свадьбе. Она знала и семью Дамблдора. С ней было бы очень интересно пообщаться, правда?

В улыбке Гермионы, которой она наградила Гарри, пожалуй, было слишком много тепла и понимания. Он забрал у неё письмо и фотографию, и положил их в мешочек, висевший на шее, старательно глядя в пол, что бы не смотреть на Гермиону и не выдать своих чувств.

- Я понимаю, почему ты хочешь поговорить с Батильдой о своей семье и Дамблдоре. Но это нам ничем не поможет в поисках хоркруксов, верно?

Гарри не ответил, и Гермиона продолжила, ещё настойчивей.

- Знаю, ты хочешь пойти в Лощину Годрика, но подумай обо мне, о Роне. Мне страшно от того как легко Пожиратели смерти нашли нас вчера. Я уверенна, что сейчас нам нужно избегать места, где похоронены твои родители. Они ожидают, что мы пойдем туда!
- Дело не только в этом, сказал Гарри по-прежнему избегая смотреть на Гермиону… Муриель рассказывала о Дамблдоре много нехороших вещей тогда на свадьбе… мне просто нужно знать правду. Я должен…

Гарри рассказал её всё что услышал от Муриель. Когда он закончил Гермиона кивнула.

- Конечно я понимаю почему это тебя так расстраивает, Гарри…
- Ничего меня не расстраивает, - солгал он, - Я просто хочу знать что случилось на самом деле…
- Гарри, ты правда думаешь что можешь услышать правду от вредной старой карги вроде Муриель, или может от Риты Скитер? Как ты можешь верить хоть какой-то из их глупых сплетен? Ведь ты хорошо знал Дамблдора.
- Я думал, что хорошо его знал! Гарри хотел сказать это громко и уверенно, но вышло невнятное бормотание.
- Гарри, помнишь статью Риты, в которой она писала о тебе? Много там было правды? Додж прав, почему ты позволяешь, чьим то глупым сплетням омрачать твои воспоминания о Дамблдоре? Лучше выкинь это всё из головы, тебе сейчас эти мысли ничем не помогут.

Гарри отвернулся, пытаясь не выдать кипевшее в нём раздражение. Опять ему указывают, во что верить, а во что нет. Он все лишь хочет знать правду. Почему все так уверенны, что ему лучше обо всём забыть?

- Может, пойдем на кухню, - предложила Гермиона после недолгой паузы, - перекусим что-нибудь.

Гарри неохотно согласился, и последовал за ней. Когда он проходил мимо двери что вела в другую комнату, он заметил небольшую надпись белой краской. Поверх надписи прошли глубокие царапины к тому же буквы были маленькие, поэтому Гарри не заметил её, когда шёл в комнату Сириуса. Надпись была помпезной, аккуратно выведенные слова гласили:

требуются модераторы



PlagiatNIK.ru - Ник Сатин защищен.

Не входить!
Без особого разрешения
Регулуса Арктуруса Блека

Что-то в таком духе Перси Уизли мог написать на дверях своей спальни, но было что-то, несколько секунд он пытался понять что, а потом прочёл надпись ещё раз. И внутри у него всё задрожало.

- Гермиона? – Удивительно, но его голос был абсолютно спокоен.
- Да? Гарри?

Гермиона уже успела спустилась по лестнице на этаж ниже.

- Поднимись, пожалуйста, обратно.
- А что случилось?
- Этот Р.А.Б. Кажется я нашел его.

Гермиона сдавленно ойкнула и тут же взлетела наверх.

- В письме твоей мамы? Но где? Я не заметила…

Гарри покачал головой, а потом просто указал на надпись на дверях комнаты Регулуса. Она прочитала, а затем схватила руку Гарри с такой силой, что он вздрогнул.

- Брат Сириуса, - прошептала она.
- Он был одним из Пожирателей Смерти, - сказал Гарри, - Сириус говорил мне о нём. Он присоединился к Волдеморту когда был совсем мальчишкой, не старше нас. Сириус сказал, что он испугался и пытался покинуть общество, поэтому они и убили его.
- Да, все сходится, Гермиона шумно вздохнула, - Если он был Пожирателем Смерти, то общался с Волдемортом, и когда он разочаровался в нем, он мог захотеть если не убить Волдеморта, то хотя бы лишить его части сил.

Гарри только сейчас понял, что Гермиона до сих пор крепко держит его за руку. Она немного отстранилась и разжала пальцы, потом вышла из комнаты перегнулась через перила и закричала.

- Эй Рон! РОН! Поднимайся сюда скорее!

Рон появился через минуту тяжело дыша, с палочкой наготове.

- Что случилось? Если это опять гигантские пауки я хочу сначала позавтракать, прежде чем…

Он нахмурился и присмотрелся к надписи, на которую ему указывала Гермиона.

- Ну что? Это брат Сириуса верно? Регулус Артурур… Регулус… Регулус… Р.А.Б.? Ты же не думаешь?
- А вот это мы сейчас и узнаем, - сказал Гарри и толкнул тяжёлую дверь. Она не пошевелилась, заперто.

Гермиона поднесла палочку к дверной ручке и произнесла “Алохамора.” В двери что-то щёлкнуло, и она открылась. Все трое переступили порог, оглядываясь по сторонам.
Спальня Регулуса была лишь немного меньше, чем комната Сириуса, и точно так же старые стены хранили дух хозяина. Но если Сириус всеми силами стремился подчеркнуть своё отличие от семьи Блеков, Регулус был его полной противоположностью. Цвета Слизерина, изумрудный и серебряный, царили повсюду, в драпировке мебели, в цвете обоев и оконных рам. Герб Блеков был кропотливо выведен над кроватью вместе с семейным девизом TOUJOURS PUR («чисты всегда» - латынь).

Чуть ниже на стене висели вырезки из газет пожелтевшие от времени, образуя своеобразный коллаж с неровно обрезанными краями. Гермиона пересекла комнату и подошла к вырезкам.

- Ого! Они все о Волдеморте. Регулус похоже был его большим фанатом, за несколько лет до того как сам стал одним из Пожирателей…

Небольшое облачко пыли поднялось от покрывала, когда она села на кровать, что бы внимательно их изучить. Тем временем Гарри заметил фотографию. Команда Хогвардса по Квидичу улыбалась Гарри из рамки. Он подошел поближе и увидел змей вышитых у них на груди – слизеринцы. Регулуса можно было легко узнать на фото, он сидел в середине во втором ряду, он был немного похож на своего брата, чёрные волосы и такое же надменное лицо, но Регулус был меньше, ниже ростом и не столь красив.

- Он был Ищейкой, - сказал Гарри, - как я.
- Что, - чуть рассеяно спросила Геримиона, она всё ещё была погружена в чтение подшивки статей о Волдеморте.
- Он сидит в середине второго ряда, это место Ищейки… ладно неважно… Гарри понял, что его всё равно не слушают. Рон стоял на карачках, выискивая что-нибудь под шкафом. Гарри осмотрел комнату на предмет возможных тайников и подошёл к столу, но опять, кто-то уже как следует здесь всё обыскал, содержимое ящика стола было перевёрнуто. Судя по следам на потревоженном слое пыли, произошло это совсем недавно. Повсюду валялись старые перья, старые исписанные от руки тетради и недавно разбитая чернильница. Её чуть подсохшее содержимое покрывало те вещи, которые остались лежать в ящике.

- Есть более простой способ, - решила Гермиона, пока Гарри вытирал о джинсы измазанные в чернилах пальцы. Она подняла палочку и выкрикнула заклинание:
- Ацциo медальон!

Однако ничего не произошло.

Рон перебиравший складки опущенных штор, выглядел разочарованным.

- Вот и всё? Его здесь нет?
- Может и есть, но он прикрыт контр заклятьями, не дающими призвать вещь с помощью магии.
- Вроде тех, что Волдеморт наложил на каменный бассейн в пещере, - сказал Гарри, вспомнив как он не смог призвать фальшивый медальон.
- Ну и как нам тогда искать?
- Вручную, как обычные люди.
- Какая отличная идея, сказал Рон и прищурившись от пыли продолжил поиски в шторах. В течении следующего часа они облазили каждый уголок комнаты но, в конце концов, пришли к выводу, что его там нет.

Солнце встало. Его лучики слепили сквозь мрачно-зеленую ткань штор.

- Он может быть спрятан в где-нибудь доме, - сказала Гермиона обнадёживающим голосом, пока они спускались по лестнице. Чем сильнее падали духом Гарри и Рон, тем более решительной становилась Геримона.
- Удалось ли Регулусу уничтожить хоркрукс или нет, он хотел чтобы эта вещь была надёжно спрятана от Волдеморта. Помните все эти ужасные вещи, от которых нам пришлось избавиться, когда мы были здесь в прошлый раз. Часы стреляющие арбалетными стрелами, старая мантия что накинулась на Рона и чуть его не задушила. Может быть Регулус сделал это всё для того что бы защитить тайник с медальоном, хоть мы тогда этого не понима… ма…

Гарри и Рон с удивлением посмотрели на Гермиону, она стояла с глупым видом ногой замершей в воздухе, словно её ударила молния, зрачки расфокусировались и смотрели куда-то вдаль.

- …мали, - закончила она шёпотом.
- Что такое спросил Рон?
- Медальон! Он был в секретере в гостиной и никто не мог его открыть и мы… мы…

Гарри почувствовал словно у него внутри упал кирпич, он тоже вспомнил как они играли с блестящей побрякушкой, каждый по очереди пытаясь открыть. В конце концов, медальон выбросили в кучу мусора вместе с табакеркой полной бородавочного порошка и музыкальной шкатулкой моментально погружавшей слушателей в сон.

- Кричер множество выброшенных вещей притащил назад, - сказал Гарри. Это был их последний шанс, тонкая ниточка надежды. - Он целую гору мусора спрятал в буфете на кухне. Идём!

Они сбежали, вниз перепрыгивая сразу через две ступеньки. Они так громко шумели, что разбудили портрет матери Сириуса когда проходили через холл.

«Мерзкие грязнокровки!» Крики преследовали их всё время пока они спускались, до тех пор пока за ними не захлопнулась массивная дверь кухни. Гарри проскользнул к двери в каморку Кричера и открыл её. За дверью лежали старые грязные одеяла, на которых домашний эльф когда-то спал, но они больше не блестели от барахла, которое Кричер когда-то сюда натащил. Единственное что напоминало о тех временах, было старое издание книги «Благородство природы: Генеалогия волшебников». Отказываясь верить собственным глазам, Гарри обыскал и перетряхнул одеяла, единственное, что он нашел, было тело дохлой мыши. Окоченевший трупик выпал из одеяла и мрачно покатился по полу. Рон взревел и взобрался на кухонный табурет. Гермиона закатила глаза.

- Ещё не всё! - Упрямо сказал Гарри, затем громка закричал, - Кричер!

С громким треском домовой эльф, он был той частью наследства Сириуса которую Гарри принял с наибольшей неохотой, появился из ниоткуда перед пустым и холодным камином. Эльф был очень худ, в половину человеческого роста, его бледная кожа собиралась в складки, белые волоски обильно росли из его ушей, напоминавших крылья летучей мыши. Он по прежнему кутался в грязные лохмотья, в которых Гарри впервые его увидел. Высокомерный взгляд эльфа показывал, что его отношение к Гарри, изменилось не больше чем вкус к одежде.

- Хозяин, - прокаркал Кричер и низко поклонился, бормоча куда-то себе под ноги, - вернулся в дом моей госпожи вместе с предателем Уизли и грязнокровкой… - Голос домового эльфа удивительно напоминал кваканье лягушки.
- Я запрещаю тебе называть кого либо предателем или грязнокровкой, - прорычал Гарри. Даже если не учитывать то, что Кричер предал Сириуса, он и сам по себе был крайне отталкивающим субъектом с его крючковатый носом и сеткой потрескавшихся сосудов в глазах.
- У меня есть вопрос к тебе, сердце Гарри забилось часто-часто, - я приказываю говорить тебе правду. Ты понял?
- Да, Хозяин, - ответил Кричер, и снова низко поклонился. Гарри заметил, что его губы шевелятся, беззвучно произнося слова которые теперь ему было запрещено говорить.
- Два года назад, - сердце уже не колотилось, оно громко ударялось о рёбра, - в гостиной лежал большой золотой медальон, мы выбросили его, ты притащил его назад?

Ответу Кричера предшествовали мгновенья тишины, пока домовой эльф выпрямлялся, чтобы посмотреть в лицо Гарри. Затем он коротко ответил:

- Да.
- Где он сейчас? Спросил Гарри торжествующе, а Рон и Геримона ликовали.

Кричер закрыл глаза, словно он не мог вынести вида их лиц, когда дал свой ответ. Впрочем, так оно и было.

- Пропал.
- Пропал? - эхом повторил Гарри, улыбка медленно сползала с его лица, - что значит пропал?

Эльф задрожал как осиновый лист. Он колебался.

- Кричер! Я приказываю! – Гарри был в ярости.
- Мундугус Флетчер, - простонал эльф, его глаза были по-прежнему закрыты.
- Мундугус Флетчер забрал всё, портреты миссис Беллы и Миссис Цисси, перчатки госпожи, Орден Мерлина первой степени, кубки с фамильным гербом и… и…

Кричер часто глотал воздух, как рыба выброшенная на берег, его грудь то поднималась, то опускалась, затем его глаза открылись и Кричер издал леденящий душу вопль.

-…И медальон! Медальон хозяина Регулуса! Кричер плохой! Он не справился! Не выполнил приказ!

Гарри отреагировал инстинктивно, пока Кричер тянулся к кочерге стоявшей на каминной решетке, он набросился на эльфа и прижал тщедушное тело к полу. Крик Гермионы смешался с воплем Кричера, но громче всех было слышно голос Гарри.

--Кричер! Я приказываю тебе не двигаться!

Он почувствовал, что эльф замер и отпустил его. Кричер лежал, растянувшись на холодном каменном полу, и слёзы текли из его грустных беспомощных глаз.

- Гарри отпусти его, пожалуйста, - прошептала Гермиона.

- Что бы он мог забить себя до смерти это вот кочергой? - Хмыкнул Гарри становясь на колени позади эльфа.

- Я так не думаю, верно, Кричер? Я хочу знать правду! Откуда ты знаешь, что Мундугус Флетчер украл медальон?

требуются модераторы



PlagiatNIK.ru - Ник Сатин защищен.

- Кричер видел, как он выходил из жилища Кричера, с полными руками сокровищ Кричера! Кричер закричал, что бы вор остановился, но он только посмеялся и убежал.

- Ты сказал медальон Регулуса? Почему? Как он к тебе попал? Что с ним сделал Регулус? Сейчас Кричер сядет и спокойно мне всё расскажет.

Эльф сел, свернулся в клубок, прижав своё заплаканное лицо между ступней и начал раскачиваться взад и вперед. Когда он говорил его голос звучал глухо, но был отчетливо различим в тишине пустой кухни.

- Хозяин Сириус сбежал из дому, так ему и надо. Он был плохим человеком, разбил сердце моей госпоже своим непослушанием. Но хозяин Регулус был не такой, он знал, что нужно делать во имя семьи Блеков, во имя чистоты крови этой семьи. Годами он говорил о Тёмном Лорде, о том что собирался навести в мире порядок. Магам больше не нужно было бы прятаться от маглов, наоборот истинные маги стали бы править миром людей и грязнокровками…

Когда ему было шестнадцать, хозяин Регулус присоединился к Тёмному Лорду. Был так горд… так горд… так счастлив, служить… я его понимаю…

А однажды, через год после того как хозяин Регулус присоединился к Тёмному Лорду, хозяин Регулус спустился сюда, на кухню, что бы поговорить с Кричером. Хозяин Регулус всегда любил Кричера и хозяин Регулус сказал… да он сказал.

Старый эльф стал говорить быстро как никогда, скороговоркой выплёвывая слова.

- …сказал что тёмному лорду нужен эльф.

- Волдеморту понадобился эльф? Повторил Гарри, глядя на Рона с Гермионой, которые были удивлены не меньше его.

- Да! – простонал Кричер, - и хозяин Регулус предложил меня. Он сказал это большая честь, для него и для Кричера. Кричер должен был пойти с Тёмным Лордом и выполнять всё что он прикажет… а потом… потом вернуться д-домой.

Кричер по-прежнему быстро покачивался, а его дыхание превратилось во всхлипы.

- Поэтому Кричер пошёл к Тёмному Лорду, но Тёмный Лорд не сказал Кричеру, что тот будет делать, а взял Кричера с собой в пещеру на берегу моря. А в той пещере был подземный зал, а в том зале большое подземное озеро… чёрное озеро…

Волосы на затылке Гарри встали дыбом. Скрежещущий голос Кричера, казалось, доносился из тёмных вод. Он увидел, что тогда произошло так чётко и ясно как будто сам был там.

- …там была лодка…

Конечно там была лодка, Гарри помнил её, призрачно зеленого цвета, покрытая тиной. Заколдованная так, что может нести только двоих, волшебника и его жертву навстречу крошечному острову в центре озера. Значит вот как Волдеморт тестировал защитную систему заклинаний, окружающих хоркрукс. Он взял беззащитное создание, домашнего эльфа способного выполнить любой приказ, всего лишь расходный материал для Волдеморта.

- Там был бассейн и сосуд… Тёмный лорд заставил Кричера пить…

Эльфа вздрогнул всем телом.

Кричер пил и пока пил он видел ужасные вещи… внутри Кричера всё жгло… Кричер звал на помощь хозяина Регулуса, госпожу Блек… но Тёмный Лорд только смеялся… он заставил Кричера выпить всё… и бросил медальон в пустой бассейн… он наполнил его снова… из другого флакона… а потом Тёмный Лорд уплыл на лодке и оставил Кричера на острове…

Гарри стоял на холодном камне острова в подземном озере и смотрел на бледное змееподобное лицо Волдеморта исчезающее во тьме, красные глаза равнодушно смотрели на муки обреченной жертвы. Которая доживала свои последние минуты. Как только эльф поддастся отчаянной жажде, что вызывает огненный яд, всё будет кончено…

На этом картинка обрывалась, Гарри просто не мог представить как Кричеру удалось уцелеть.

- Кричер хотел пить, он подполз к краю и стал пить воды из чёрного озера… и руки! Сотни мёртвых рук вылезли из воды и потащили Кричера на глубину…
- Как же ты смог выбраться? Спросил Гарри, не удивившись что говорит шёпотом.
Кричер поднял уродливую голову и посмотрел на Гарри своими большими красными глазами.
- Хозяин Регулус приказал Кричеру вернуться домой.
- Я знаю, но как ты сбежал от Инферий?

Кричер похоже не понимал он только повторял:

- Хозяин Регулус приказал Кричеру вернуться.
- Я знаю, но как…
- Разве это не очевидно, сказал Рон, - Он аппарировал!
- Но это невозможно, в той пещере нельзя аппарировать, иначе Дамблдор…
- Магия эльфов она ведь другая, продолжил гнуть своё Рон, например они могу аппарировать в Хогвардсе, а мы так не можем.

После слов Рона последовала долгая пауза, пока Гарри пытался понять, как мог Волдеморт допустить такую ошибку? Гермиона опередила его:

- Ну откуда Волдеморту знать магию домашних эльфов? Эти существа куда ниже его интереса. К тому же, мне кажется, ему никогда даже мысль в голову не приходила, что эльфы могут обладать волшебством недоступным ему.

В голосе Гермионы звучали ледяные нотки.

- Для домашнего эльфа высший закон – воля хозяина. - С выражением сказал Кричер. - Хозяин сказал Кричеру вернуться домой, Кричер вернулся…
- И ты вернулся, после того как сделал всё что тебе сказали, - мягко произнесла Гермиона, - ты не нарушил приказов.

Кричер затряс головой раскачиваясь ещё быстрее.

- Так что произошло, когда ты вернулся? - спросил Гарри, - Что сказал Регулус когда увидел тебя? Ты рассказал ему, что произошло?
- Хозяин Регулус очень волновался. Очень, очень. - Прошипел Кричер, - Хозяин Регулус сказал Кричеру сидеть тихо и не выходить из дома… Но потом… прошло совсем немного времени… Однажды ночью Хозяин Регулус пришёл к Кричеру в его каморку… Хозяин Регулус очень странно себя вёл… был не в себе… Кричер сразу понял… и он попросил Кричера отвести его к той пещере, куда Кричер ходил с Тёмным Лордом.

Гарри снова чётко представил себе как это было: напуганный старый эльф и худощавый черноволосый Ищейка, напоминавший Сириуса…

Кричер знал как открыть запечатанный вход в подземную пещеру… знал как поднять со дна узкую заколдованную лодку… на этот раз его любимый хозяин плыл с ним к острову с высеченным в скале углублением полным яда.

- И он заставил тебя снова пить эту отраву? C отвращением спросил Гарри?

Но Кричер потряс головой и заплакал. Гермиона прижала руку ко рту, жестом призывая Гарри молчать. Кажется она уже что то поняла.

- Х-хозяин Регулус достал из кармана медальон, такой же как был у Тёмного Лорда. - Слезы текли у Кричера по кривому носу.
- Он сказал Кричеру взять его, а когда чаща опустеет, поменять медальоны…

Речь Кричера становилась всё более бессвязной к тому же она постоянно прерывалась горестными всхлипами. Гарри приходилось напрягаться, чтобы понять о чем он говорит.

- Приказ… Кричеру… уходить… одному… но… он сказал… что бы Кричер никогда… никому, даже госпоже… не говорил что он сделал… Кричер не говорил… но во что бы то ни стало Кричер должен был разрушить медальон… медальон Тёмного Лорда… а потом он выпил… всё выпил… Кричер подменил медальоны и смотрел как руки утаскивают хозяина Регулуса вниз… и…

- Кричер… мой бедный, - Гермиона плакала навзрыд. Она упала на колени подле эльфа и попыталась его обнять. В ту же секунду эльф вскочил на ноги, отползая от неё словно его кто-то оттолкнул.

- Грязнокровка дотронулась до Кричера, он не позволит! Что скажет его госпожа!
- Я сказал тебе не называть её грязнокровкой! – рявкнул Гарри, но эльф уже начал наказывать себя. Он упал и стал биться головой об пол.
- Останови его! Пожалуйста! Останови! – Кричала Гермиона, - Разве ты не видишь насколько далеко заходит их послушание?
- Кричер! Стой! Хватит! – громко сказал Гарри.

Эльф лежал на полу, тяжело дыша и вздрагивая. Нити зеленых соплей тянулись из носа, на бледном лбу набухал синяк, глаза его запали, налились кровью и были полны слез. Гарри никогда не видел более жалкой картины.

- Итак ты принёс медальон домой, - неуклонно продолжил допрос Гарри, он был решительно настроен услышать историю до конца, - ты пытался уничтожить его?
- Кричер не смог оставить на нём даже царапины, - рыдал эльф, - Кричер использовал всё, всё что он знал… но ничего не действовало… так много могущественных заклинаний и всё в пустую… Кричер был уверен, чтобы уничтожить медальон его нужно открыть. Но он не открывался! Кричер наказывал себя, снова пытался открыть, снова наказывал… и снова… и снова… Кричер не выполнил приказ, Кричер не смог уничтожить медальон! А госпожа была так зла и расстроена, потому что Хозяин Регулус пропал, а Кричер не мог сказать ей что случилось, нет, не мог… - эльф начал заикаться - потому что хозяин Регулус за-за-запретил ему говорить кому либо в се-се-семье о том что случилось в пе-пе-пещере…

Кричер так тягостно вздыхал что разобрать что-либо ещё было невозможно. По щёкам Гермионы текли слёзы, когда она смотрела на душевные муки эльфа, но она больше не посмела вновь попытаться его коснуться. Даже Рон, кто уж точно не испытывал нежности к Кричеру, выглядел обеспокоенным. Гарри встал и встряхнул головой:

- Я не понимаю тебя Кричер сказал Гарри наконец, - Волдеморт пытался убить тебя, Регулус умер пытаясь ослабить Волдеморта, и всё же ты без колебаний предал Сириуса. Ты был так рад пойти к Нарциссе и Белатрикс и всё им рассказать, рассказать Волдеморту через них.
- Гарри, ты ошибаешься, Кричер не мыслит подобными понятиями, Гермиона немного успокоилась и вытерла слёзы тыльной стороной ладони. Кричер раб, домашние эльфы привычны к плохому, даже ужасному обращению. Даже то, что с ним сделал Волдеморт не так уж отличается от их повседневной жизни. На эльфах часто испытывают заклинания. Что для Кричера война волшебников. Он верен тем людям кому принадлежит, своей семье, тем кто добры к нему. Как должно быть была добра миссис Блек, и Регулус несомненно хорошо обращался с ним. Поэтому он служил им неосознанно и повторял их идеи.
- Я знаю что ты хочешь сказать, Гарри, - сказала Гермиона прежде чем Гарри даже попытался что-то возразить. – Я знаю ты скажешь что «Регулус повернул против Тёмного Лорда… но похоже что он так ничего не объяснил Кричеру. И я кажется, знаю почему. Кричер и семья Регулуса были в безопасности от Волдеморта и его слуг пока придерживались этой позиции – чистой крови. Регулус пытался защитить их всех.
- Но Сириус…
- Сириус ужасно обращался с Кричером Гарри, и нечего на меня так смотреть, ты и сам знаешь что это правда. Кричер так долго был один, а потом Сириус переехал сюда жить, ему было очень нужно хоть немного заботы, хоть немного тепла. Я уверена, что Миссис Цисси и Миссис Белла были куда приятнее Кричеру чем Сириус, и когда они появились он оказал им услугу рассказал что они хотели знать. Я бы сказала все волшебники кто плохо обращаются с домашними эльфами, когда ни будь поплатятся за это, вот Волдеморт поплатился и… Сириус тоже.

Гарри нечего было ответить. Он смотрел на Кричера всхлипывающего на полу, и вспомнил что Дамблдор сказал ему всего через несколько часов после смерти Сириуса. «Не думаю что Сириус когда либо воспринимал Кричера как существо с способностью чувствовать как человек.»

-Кричер, - сказал Гарри спустя некоторое время, - когда тебе станет э… получше, сядь пожалуйста…

За несколько минут до этого Кричер наконец замолчал. Теперь он сел и словно ребенок потирал глаза кулачками.

- Кричер я хочу попросить тебя кое что сделать, - Гарри посмотрел на Гермиону, он хотел отдать приказ Кричеру мягко, но в то же время так, чтобы тот не решил будто его слова можно проигнорировать. Всё-таки похоже переменой в тоне своего голоса он добился одобрения у Гермионы. Она улыбнулась и эта улыбка придала Гарри уверенности.
- Кричер я хочу что бы ты пошел и нашел Мундугуса Флетчера, нам нужно выяснить где медальон… где медальон хозяина Регулуса? Это очень важно. Мы хотим закончить то что начал хозяин Регулус. Мы хотим э… убедиться что его смерть не была напрасной.

Кричер вытянулся держа руки по швам со сжатыми кулочками.

- Найти Мундугуса Флетчера, - проскрипел он.

- Да, и приведи его сюда в Гриммаулд Плейс. Как думаешь, ты сможешь сделать это для нас? Кричер поклонился и встал на ноги, внезапно Гарри осенило. Он достал из кошелька Хагрида фальшивый медальон, в который Регулус вложил свою записку Волдеморту.
- Кричер, я хочу чтобы это было у тебя, - Гарри вложил медальон в руку эльфа, - это принадлежало Регулусу. Пусть медальон будет у тебя в знак нашей благодарности за то что ты…
- Шах и Мат, Гарри, ты перестарался.

Едва завидев медальон, эльф испустил протяжный вой и снова рухнул на пол. Ушло почти полчаса на то чтобы успокоить Кричера, который был так счастлив что ему решили вручить семейную реликвию. Когда же он наконец смог стоять на ногах вся компания препроводила Кричера к его каморке, где он спрятал медальон в складках своих грязных одеял и уверили его, что забота о медальоне будет для них главным приоритетом пока Кричера нет.
Затем он дважды поклонился Гарри и Рону. За секунду до аппарирования Кричер изобразил какой-то короткий жест в сторону Гермионы. Наверное, это был жест уважения или хотя бы его попытка. Потом он исчез с характерным хлопком.

требуются модераторы



PlagiatNIK.ru - Ник Сатин защищен.

Если Кричеру удалось спастись из озера, кишащего Инфериями, то, Гарри был уверен, привести Мундунгуса через несколько часов не составило бы для него большого труда, поэтому он всё утро болтался в состоянии сильного ожидания. Тем не менее, Кричер не вернулся ни в то утро, ни даже в тот вечер. После наступления темноты, Гарри чувствовал себя удручённо и озабоченно. Гермиона безуспешно пыталась наложить множество заклинаний Трансфигурации на ужин, состоявший в основном из заплесневелого хлеба, но ничего не помогло.

Кричер не возврашался ни на следующий день, ни через день. Зато два человека в мантиях появились на площади снаружи дома номер двенадцать и оставались там в ночи, пристально глядя в направлении дома, который они не могли видеть.

- Пожиратели смерти, я уверен. - произнёс Рон, пока он, Гарри и Гермиона смотрели из окон гостиной. - Полагаю, они знают, что мы здесь?
- Я так не думаю. - ответила Гермиона, хоть и выглядела напуганно. - Иначе бы они послали за нами Снейпа, разве нет?
- А ты не сч'таешь, что он уже побывал здесь и его язык связан заклятьем Грюма? - спросил Рон.
- Да. - согласилась Гермиона. - Иначе она поведал бы им много подробностей того, как сюда пробраться, ты не считаешь? Но они, похоже, пытаются застать наше появление. В конце-концов, они знают, что Гарри наследовал этот дом.
- Откуда они... - начал Гарри
- Завещания волшебников исследуются Министерством, помнишь? Они узнали, что Сириус завещал тебе это место.

Присутствие Пожирателей Смерти снаружи усилило зловещее настроение в доме номер двенадцать. Они не слышали ни слова из-за стен Гриммолд Плейс со времени появления Патронуса мистера Уизли, и это напряжение начало сказываться на них. У беспокойного и раздражительного Рона появилась странная привычка играть с Делюминатором в кармане; это сильно разъяряло Гермиону, которая коротала время в ожидании Кричера, изучая Басни Барда Бидла и не была признательна тому, что свет постоянно мигал, включаясь и выключаясь.

- Ты когда-нибудь прекратишь это! - закричала она на третий вечер отсутствия Кричера, когда свет вновь испарился из гостиной.
- Извини, извини! - бросил Рон, щёлкая Делюминатором и возвращая свет. - Я не знаю, почему я это делаю!
- Так что, ты не можешь найти никакого полезного занятия?
- Какого, чтения детских басен, например?
- Дамблдор оставил мне эту книгу, Рон...
- И он оставил мне Делюминатор, возможно ожидая, что я буду его использовать!

Не в силах вынести перебранку, Гарри выскользнул из комнаты, не замеченный ими. Он направился вниз, в сторону кухни, которую он посещал потому, что был уверен: Кричер, скорее всего, появится в этом месте. На полпути вниз по лестничному пролёту, ведущему в гостиную, он услышал лёгкое постукивание по двери, затем металлические щелчки и лязг цепочки.

Каждый нерв в его теле, казалось, туго натянулся. Он вытащил палочку, бросился в тень около отрубленных голов эльфов и стал ждать. Дверь открылась: он увидел квадратик сияющего света от лампы снаружи, затем фигура в мантии медленно шагнула в зал и закрыла за собой дверь. Незванный гость шагнул вперёд, и голос Грюма спросил: "Северус Снейп?". Затем фигура пыли выросла с другого конца зала и набросилась на него, поднимая свою мёртвую руку.

- Это не я убил тебя, Альбус. - сказал тихий голос

Заклятье было снято: пыльная фигура вновь взорвалась, и стало невозможным различить пришедшего в плотном сером облаке, которое она оставила позади.

Гарри указал палочкой в его центр:

- Не двигайтесь!

Он забыл о портрете миссис Блэк. При звуке его крика, занавески, скрывающие её портрет, отлетели, и она начала кричать:

- Грязнокровки и полукровки обесчестивают мой дом!..

Рон и Гермиона с шумом спустились на пролёт по лестнице и встали за спиной Гарри, наставив, как и он, палочки на незнакомого мужчину, стоящего в прихожей с поднятыми руками.

- Умерьте ваш пыл, это я, Ремус!
- О, слава небесам. - слабо произнесла Гермиона, в этот раз переводя палочку на миссис Блэк; С внезапным шумом занавески закрылись и наступила тишина. Рон слишком низко опустил свою палочку, но Гарри не сделал этого:

- Покажись! - сказал он в ответ

Люпин прошёл вперёд, в лучи света от лампы, со всё ещё поднятыми в знак капитуляции руками:

- Я - Ремус Джон Люпин, оборотень, также известный как Лунатик, один из четырёх создателей карты Мародёров, женат на Нимфадоре, которую обычно все называют Тонкс, я научил тебя выпускать Патронуса, Гарри, который принимает форму самца оленя.
- Всё хорошо. - проговорил Гарри, опуская палочку. - Но мне ведь надо было проверить, не так ли?
- Как ваш бывший учитель по защите от тёмных искусств, я совершенно согласен с тем, что вы должны были проверить. Рон, Гермиона, вы не должны были так быстро понижать свою защиту.

Они сбежали с лестницы к нему. Завёрнутый в толстую дорожную мантию, он выглядел утомлённым, но довольным возможности увидеть их.

- Итак, никаких следов Северуса? - спросил он
- Нет. - покачал головой Гарри. - Что происходит? Всё в порядке?
- Да. - ответил Люпин. - Но за нами наблюдают. На площади снаружи стоит парочка Пожирателей Смерти...
- Мы знаем...
- Мне пришлось аппарировать очень аккуратно, прямо на верхнюю ступеньку перед дверью, чтобы быть уверенным, что они не заметят меня. Они не могут знать, что ты здесь, по крайней мере, я уверен, что у них гораздо больше людей в других местах; они перерывают всё, что имеет хоть какое-то отношение к тебе, Гарри. Давайте спустимся вниз, мне нужно многое рассказать и я хочу знать, что случилось после того, как вы покинули Нору.

Они спустились в кухню, где Гермиона наставила палочку на каминную решётку. Пламя разгорелось немедленно: оно создвало илюзию комфорта в стенах из цельного камня и отражалось в длинном деревянном столе. Люпин извлёк из дорожной мантии несколько бутылок с усладэлем, и они присели.

- Я был в городе три дня назад, но тогда мне пришлось отрываться от преследующего меня Пожирателя Смерти. - начал Люпин. - Итак, вы сразу направились сюда прямо после свадьбы?
- Нет. - возразил Гарри. - Сначала мы столкнулись с парочкой Пожирателей Смерти в кафе на Тоттнем-Корт-Роуд.

От неожиданности Люпин выплеснул перед собой почти весь усладэль:

- Что?

Они объяснили, что произошло, когда они закончили, Люпин выглядел ошеломлённым:

- Но как они нашли вас так быстро? Аппарирующего невозможно отследить, если слежка не ведётся с места его исчезновения.
- Но ведь не похоже было, что они просто прогуливались по Тоттнем-Корт-Роуд в это время, неправда ли?
- Мы задавались вопросом, - осторожно произнесла Гермиона, - может ли След всё ещё остаться на Гарри?
- Это невозможно. - немедленно ответил Люпин, Рон вытянулся и Гарри почувствовал сильное облегчение. - Помимо всего остального, они бы точно знали, что Гарри находится здесь, если бы на нём всё ещё был След, верно? Но я не понимаю, как они отследили вас до Тоттнем-Корт-Роуд, вот, что волнует, действительно волнует.

Он выглядел встревоженным, но этот вопрос, по мнению Гарри, мог подождать.

- Расскажи нам, что случилось после того, как мы покинули Нору, мы ничего не слышали с тех пор, как отец Рона сказал нам, что семья в безопасности!
- Ну, Кингсли спас нас. - медленно проговорил Люпин. - Благодаря его предупреждению большинство гостей смогли дизаппарировать, прежде чем они прибыли...
- Они были Пожирателями Смерти или людьми Министерства?
- И теми, и другими, но в своих намерениях и целях они сейчас полностью одинаковы.- ответил Люпин. - Их было около дюжины, но они не знали, что ты был там, Гарри. Артур слышал слух, что они пытались выпытать твоё местонахождение у Скримджеора, прежде чем убили его, и если это правда, то он тебя не выдал.

Гарри посмотрел на Рона и Гермиону, их лица выражали смесь шока и благодарности, которую он почувствовал. Ему никогда особо не нравился Скримджеор, но если то, что говорил Люпин являлось правдой, последним его действием была попытка защитить Гарри.

- Пожиратели смерти прочесали Нору сверху донизу. - продолжил Люпин. - они нашли упыря, но не захотели к нему приближаться. - тогда они часами расспрашивали тех из нас, кто остался. Они пытались получить информацию о тебе, Гарри, но, конечно, никто, кроме Ордена не знал, что ты был там. В то время, пока они разоряли свадьбу, большое количество Пожирателей Смерти обходило каждый дом в стране, связанный с Орденом. Никаких смертей. - добавил он быстро, опережая вопрос. - Но они были грубы. Они сожгли дом Делдалуса Диггла, но, насколько ты знаешь, его там не было, и использовали заклятие Круциатус на семье Тонкс. Опять же, пытаясь определить, куда ты делся после того, как жил у них. Они в порядке - потрясены, конечно, но в остальном - нормально.

- Пожиратели Смерти прорвались через все эти оградительные заклятья? - спросил Гарри, вспоминая, насколько "эффективными" они были ночью, когда он разбился в саду родителей Тонкс.

- Тебе придётся понять, Гарри, что Пожиратели Смерти сейчас имеют всё могущество Министерства на своей стороне. - вздохнул Люпин. - У них есть право на наложение жестоких заклятий без страха идентификации или ареста. Им удалось обойти все защитные заклинания, которые мы насылали против них, и кроме того, они абсолютно открыто заявляли о причине своего прихода.
- И они не пытаются дать оправдание тому, что выпытывают местоположение Гарри у людей? - спросила Гермиона
низким голосом
- Ну... - произнёс Люпин. Он секунду колебался, затем всё-таки извлёк сложенный выпуск Ежедневного Пророка.
- Вот. - показал он, положив его на стол перед Гарри. - Рано или поздно ты всё равно бы узнал. Оправдание твоих преследователей.

Гарри развернул газету. Его огромное лицо на фотографии заполняло всю первую страницу. Он прочёл заголовок над ним:

РАЗЫСКИВАЕТСЯ ДЛЯ ИНТЕРВЬЮ
О СМЕРТИ АЛЬБУСА ДАМБЛДОРА

Рон и Гермиона взревели от негодования, но Гарри молчал. Он отложил газету в сторону, ему не хотелось читать дальше. Он знал, о чём будет в статье. Никто иной, как тот, кто был на вершине башни, когда Дамблдор умер, мог знать, кто на самом деле убил его, и, как рассказала волшебному миру Рита Скиттер, Гарри видели убегающим с этого места секундой позже после падения Дамблдора.

- Мне очень жаль, Гарри. - проговорил Люпин.
- Так пожиратели контролируют и Ежедневный Пророк тоже? - с яростью спросила Гермиона.

Люпин Кивнул

- Но люди ведь понимают, что на самом деле происходит?
- Переворот был гладким и практически тихим. - обспокоенно ответил Люпин. - Официальное прикрытие его убийства - уход в отставку, его заменил Пиус Сикнесс, находящийся под действием заклятья Империус.
- Почему же Волдеморт не провозгласил себя Министром Магии? - спросил Рон.

Люпин засмеялся.

- Ему не нужно это, Рон. На самом деле он является Министром, но почему он должен сидеть в министерском кресле? Его марионетка, Сикнесс, заботится о повседневных делах, давая Волдеморту свободу в увеличении его влияния на Министерство.
Как и следовало ожидать, многие люди поняли, что произошло: в политике Министерства за последние два дня произошли слишком серьёзные изменения, многие перешёптываются о том, что за этим может стоять Волдеморт. Но, между тем, вот где истина: они шепчут. Они боятся полагаться друг на друга, не зная, кому верить, они боятся откровенно высказывать своё мнение, боясь, что их подозрения верны и их семьи под прицелом. Да, Волдеморт ведёт очень умную игру. Провозглашение себя породило бы открытое противостояние. Оставаясь замаскированным, он породил замешательство, неуверенность и страх.

- И эти серьёзные изменения в политике Министерства. - предположил Гарри. - включают настраивание мира волшебников против меня, вместо Волдеморта?

- Да, это их часть. - вновь вздохнул Люпин. - и это завершающий штрих. Сейчас, когда Дамблдор умер, ты - Мальчик, Который Выжил - должен был стать символом и объединяющей точкой любого сопротивления Волдеморту. Но предложив, что ты имеешь отношение к смерти старика, Волдеморт не только увеличил цену на твою голову, но и посеял сомнение и страх среди тех, кто мог бы защитить тебя.
А между тем, Министр начал движение против Магглорожденных. - Люпин указал на Ежедневный Пророк. - Посмотри на второй странице.

Гермиона переворачивала страницы с таким же отвращением, с каким она держала Секреты Темнейших Искусств.

- "Комиссия по регистрации магглорожденных!" - зачитала она в слух. - "Министр Магии проводит опрос так называемых "магглорожденных", чтобы лучше понять, как они стали располагать магическими тайнами.
Недавнее исследование, предпринятое Отделом Тайн открыло, что магия может передаваться только из поколения в поколение Волшебников. При отсутствии достоверной волшебной родословной, таким образом, так называемые "магглорожденные" скорее всего получили магическую силу путём воровства или насилия.
Министр решил искоренить этих узурпаторов магической силы, и разослал каждому так называемому "магглорожденному" приглашения на собеседование в недавно созданной Комиссии по регистрации магглорожденных".
- Люди не дадут этому случиться. - высказался Рон
- Это происходит, Рон - ответил Люпин. - На магглорожденных ведётся облава, пока мы говорим.
- Но как, они полагают, можно украсть магию? - спросил Рон. - Это сумашествие, если бы можно было воровать магию, то нигде не было никаких сквибов, разве не так?
- Я знаю. - ответил Люпин. - Как бы то ни было, пока человек не докажет, что имеет хотя бы одного волшебника в родне, теперь считается, что он приобрёл магическую силу незаконным путём и должен понести наказание.

требуются модераторы



PlagiatNIK.ru - Ник Сатин защищен.

- Что если чистокровные и полукровные волшебники объединятся в семью? Я буду всем говорить, что Гермиона - моя кузена...

Гермиона накрыла руку Рона своей и сжала её.

- Спасибо, Рон, но я не могу позволить тебе...
- У тебя не останется выбора - свирепо сказал Рон, тоже сжимая её руку. - Ты изучишь моё фамильное древо так, что сможешь ответить на все вопросы по нему.

Гермиона слабо улыбнулась.

- Рон, поскольку мы находимся в бегах с Гарри Поттером, самым разыскиваемым волшебником в стране, я не думаю, что это имеет значение. Если бы я вернулась в школу, всё было бы по-другому. А какие планы у Волдеморта на Хогвартс? - спросила она у Люпина.
- Посещение сейчас обязательно для каждой юной ведьмы и волшебника. - ответил он. - Это было объявлено вчера. Это существенное изменение, потому что раньше оно никогда не было обязательным. Конечно, практически каждая ведьма или волшебник в Британии обучались в Хогвартсе, но их родители имели права обучать их дома или посылать за границу, если они предпочитали. Таким образом, у Волдеморта будет перед глазами вся популяция волшебников, с юного возраста. Это, к тому же, является ещё одним средством отсеивания магглорожденных, поскольку студентам должен присваиваться Статус Крови - удостоверение того, что они доказали Министру их магическое происхождение - прежде, чем им разрешается посещать занятия.

Гарри почувствовал себя ослабленным и злым: в это мгновение взволнованные одиннадцатилетки, должно быть, выстраивали стопки новых книг заклинаний, не опасаясь, что они могут никогда не увидеть Хогвартс, равно как и свои семьи.

- Это... это... - он бормотал, пытаясь найти слова, которые справедливо соответствовали бы ужасу его мыслей, но Люпин тихо прервал его:

- Я знаю. - Люпин мгновение колебался. - Я пойму, если ты не сможешь подтвердить это, Гарри, но Орден находится под впечатлением, что Дамблдор оставил тебе поручение.
- Оставил. - ответил Гарри. - И Рон и Гермиона вместе со мной выполняют его, идут со мной.
- Можешь ли ты признаться мне, в чём состоит твоя миссия?

Гарри посмотрел в покрытое ранними морщинами лицо, обрамлённое густыми, но седеющими волосами, и очень хотел ответить по-другому:

- Я не могу, Ремус, мне очень жаль. Если Дамблдор не сказал тебе, я думаю, что и я не могу.
- Я полагал, что ты это скажешь. - вздохнул Люпин, выглядевший разочарованным. - Но я могу быть тебе полезен. Ты знаешь, кто я такой и на что я способен. Я бы мог пойти с вами и обеспечить защиту. Вам бы даже не пришлось говорить мне, что вы на самом дели собираетесь сделать.

Гарри сомневался. Это было очень заманчивое предложение, хотя он не мог представить, как бы они смогли держать свою задачу в секрете от Люпина, если бы он был с ними всё время.

Гермиона, между тем, выглядела озадаченной.

- А что касательно Тонкс? - спросила она
- Что с ней? - переспросил Люпин
- Ну... - нахмурилась Гермиона - Ты женат! Что она думает об этой идее похода с нами?
- Тонкс будет в абсолютной безопасности. - заверил Люпин. - Она будет в доме своих родителей.

В тоне Люпина было что-то странное, он был практически холодным. Что-то странное было и в идее заточения Тонкс в доме родителей; она, в конце концов была членом Ордена и, насколько Гарри знал, наврядли хотела быть заложницей обстоятельств.

- Ремус. - неуверенно произнёс Гарри. - Всё... хорошо... ты знаешь - между тобой и...
- Всё хорошо, спасибо. - многозначительно ответил Люпин.

Гермиона порозовела. Воцарилась короткая пауза, натянутая и неловкая, затем Люпин, набрав воздуха в грудь, будто собирался скзаать что-то неприятное, промолвил:

- У Тонкс будет малыш.

- О, как здорово! - завизжала Гермиона
- Великолепно! - с энтузиазмом сказал Рон
- Поздравляю. - тихо сказал Гарри

Люпин улыбнулся искусственной улыбкой, больше похожей на гримасу, затем продолжил:
- Ну... Вы принимаете моё предложение? Станет ли троица четвёркой? Я не могу поверить, что Дамблдор не одобрил бы этого, он назначил меня вашим учителем по Защите от Тёмных Искусств, в конце концов. И я, должен сказать, уверен, что мы столкнёмся с магией, с которой мы никогда не встречались и не представляли.

Рон и Гермиона посмотрели на Гарри.

- Просто… давай-ка уточним, - сказал он. – Ты хочешь оставить Тонкс у родителей и пойти с нами?
- Она там будет в безопасности, они присмотрят за ней, - сказал Люпин. Его доводы не отличались убедительностью. – Гарри, я уверен, Джеймс бы очень хотел, чтобы я был с тобой.
- Ну, - медленно сказал Гарри, - а я не уверен. Я уверен скорее, что мой отец поинтересовался бы, почему ты не хочешь быть с собственным ребёнком, вообще-то.

Люпин побледнел. В кухне стало холоднее градусов на 10. Рон оглядывался вокруг с таким видом, словно для него было жизненно важно запомнить каждую деталь в комнате. Гермиона смотрела то на Гарри, то на Люпина.

- Вы не понимаете, - наконец сказал Люпин.
- Тогда объясни, - сказал Гарри.

Люпин сглотнул.

- Я совершил непростительную ошибку, женившись на Тонкс. Я сделал это из лучших побуждений, но с тех пор сильно об этом жалею.
- Понятно, - сказал Гарри, - что ты хочешь бросить её и ребёнка и убежать с нами.

Люпин вскочил на ноги: его стул упал назад, а сам он посмотрел на них таким яростным взглядом, что впервые Гарри увидел тень волка на этом человеческом лице.

- Вы понимаете, что я сделал со своей женой и ещё не рождённым ребёнком? Я не должен был на неё жениться , я сделал её изгоем!

Люпин пнул перевёрнутый стул.

- Вы видели меня только в Ордене и под защитой Дамблдора в Хогвартсе! Вы не знаете, в каком свете большинство волшебников видят такие создания, как я! Когда они узнают о моём недуге, они перестают со мной разговаривать! Вы не видите, что я наделал? Даже её собственной семье наш брак отвратителен, какие родители пожелают дочери женитьбы на оборотне? А ребёнок… ребёнок…

Люпин схватился за волосы, он выглядел обезумевшим.

- Моя порода обычно не размножается! Он будет, как я, я уверен… как я могу простить сам себя, когда я сознательно передал свою учесть невинному ребёнку? И если он чудом окажется не таким, как я, то ему будет лучше в сто раз без отца, которого он должен стыдиться!
- Ремус! - прошептала Гермиона со слезами на глазах. - Не говори так, как может любой ребенок стыдиться тебя?
- Не знаю, Гермиона, - сказал Гарри. – Мне бы было стыдно.
Гарри не знал, откуда пришла эта ярость, но она заставил его встать на ноги. Люпин выглядел так, как будто Гарри ударил его.
- Если новый режим думает, что маглорожденные плохие, - сказал Гарри, - что они сделают полуоборотню, чей отец в Ордене? Мой отец умер, пытаясь защитить маму и меня, и ты считаешь, что он сказал бы тебя бросить твоего ребенка и отправится с нами в приключение?
- Как ты смеешь? - сказал Люпин. - Это не жажда опасности или личной славы, как ты смеешь предлагать такую…
- Я думаю, что ты чувствуешь себя немного сорвиголовой, - сказал Гарри, - тебе бы хотелось быть на месте Сириуса.
- Гарри, нет! - умоляла его Гермиона, но он продолжал с ненавистью смотреть в озлобленное лицо Люпина.
- Я бы никогда в это не поверил, - сказал Гарри. - Человек, который научил меня бороться с дементорами - трус.
Люпин достал свою палочку так быстро, что Гарри едва успел дотронуться до своей, был громкий удар, и отлетел назад, как будто его толкнули; в тот момент, когда он ударился об кухонную стену и соскользнул на пол, он мельком увидел след плаща Люпина, исчезающего в дверях.
- Ремус, Ремус, вернись! - кричала Гермиона, но Люпин не ответил. Минуту спустя они услышали, как захлопнулась входная дверь.
- Гарри! - взвыла Гермиона. - Как ты мог?
- Это было легко, - сказал Гарри. Он встал, он мог почувствовать, как опухает шишка на руке в том месте, где он ударился об стену. Он все еще дрожал от ярости.
- Не смотри на меня так! - огрызнулась Гермиона.
- Вот только этого не надо, - прорычал Рон.
- Нет, нет, мы не должны ссориться, - сказала Гермиона, становясь между ними.
- Ты не должен был говорить этого Люпину, - сказал Рон Гарри.
- Это должно было с ним случиться, - сказал Гарри. Разрозненные образы проносились в его голове: Сириус, падающий в арку, поверженный Дамблдор в воздухе, вспышка зеленого света и голос его матери, мольба о пощаде…
- Родители, - сказал Гарри, - не должны оставлять своих детей, только… только если им не пришлось это сделать.
- Гарри, - сказала Гермиона, протягивая руку в знак утешения, но он оттолкнул ее и отошел, смотря на огонь, разведённый Гермионой. Он однажды говорил с Люпином сквозь этот камин, ища правду о Джеймсе, и Люпин утешил его. Теперь измученное лицо Люпина возникло перед ним. Он почувствовал болезненное раскаяния. Ни Рон, ни Гермиона не говорили, но Гарри был уверен, что они смотрят друг на друга за его спиной, общаясь без слов. Он развернулся и поймал их на том, что они быстро отвернулись друг от друга.
- Я знаю, что не должен был называть его трусом.
- Нет, не должен был, - сразу же сказал Рон.
- Но он вел себя так.
- Все равно… - сказала Гермиона.
- Я знаю, но если это заставит его вернуться к Тонкс, то оно стоило того, не так ли?
В его голосе звучала надежда. Гермиона выглядела сочувствующей, Рон явно был неуверен. Гарри посмотрел на свои ноги, думая о своем отце. Поддержал бы он его в том, что он сказал Люпину, или он был бы зол от того, как его сын обращается с его старым другом.

Тихая кухня, казалось, гудела от недавней сцены, чувствовалось, что Рон и Гермиона ещё не высказались. Ежедневный Пророк, купленный Люпином, все еще лежал на столе. Гарри в газете смотрел на потолок.
Он сел, открыл газету наугад и притворился, что читает. Он не мог подобрать слова, его голова еще была забита ссорой с Люпином. Он был уверен, что Рон и Гермиона с другой стороны Пророка вернулись к своему немому общению.
Он громко перевернул страницу, и со страницы буквально выскочило имя Дамблдора. Прошло два или три мгновения, прежде чем он понял смысл фотографии, на которой была изображена семья. Под фотографией были слова: Семья Дамблдоров, слева направо: Альбус, Персивал, держащий новорожденную Ариану, Кендра и Аберфорт.
Она привлекла его внимание, Гарри осмотрел картинку более аккуратно. Отец Дамблдора, Персивал, был симпатичным мужчиной с глазами, которые, казалось, блестели даже на выцветшей фотографии. Маленькая Ариана была немного больше буханки хлеба и внешне ничем не отличалась от отца. У ее мамы, Кендры, были блестящие черные волосы, завязанные в хвост. В её лице было что-то особенное. Гарри подумал о фотографиях коренных Американцев, когда он смотрел на темные глаза, высокие скулы, прямой нос, правильно сложенные черты лица, а под ними - шелковое платье с высоким воротником. Альбус и Аберфорт были одеты в одинаковые кружевные куртки, и у них были одинаковые прически до плеч. Альбус выглядел старше на несколько лет, но оба мальчика были очень похожи, это явно было до того, как нос Альбуса был сломан и он начал носить очки.
Семья выглядела счастливой и нормальной, безмятежно улыбаясь газете. Рука крошки Арианы высунулась из ее пелёнки. Гарри увидел заголовок над фотографией:

требуются модераторы



PlagiatNIK.ru - Ник Сатин защищен.

Думая, что это вряд ли заставит его чувствовать себя хуже, чем он уже себя чувствовал, Гарри начал читать:

Гордая и надменная, Кендра Дамблдор не могла вынести того, чтобы остаться в этом жестоком мире шаблонов и ярлыков после преданного гласности ареста ее мужа и заключения его в Азкабан. Поэтому она решила порвать все связи и переселится в Годрикову Лощину, деревня, которая позже станет знаменитой из-за сцены странного побега Гарри Поттера от Сами-Знаете-Кого.
Как созданный по шаблону мир, Годрикова Лощина была домом для множества семей волшебников, но т.к. Кендра никого из них не знала, она боролась бы с любопытством по поводу преступления ее мужа, с которым он столкнулась в деревне, где жила раньше. Неоднократно давая отпор дружественным визитам своих новых соседей-волшебников, она скоро сделала так, что в дела её семьи никто не вмешивался.
- Закрыла дверь перед моим носом, когда я поприветствовала ее пачкой домашних тортов-котелков, - сказала Батильда Багшот. - В первый год их пребывания там, я видела только двух мальчиков. Не знала бы, что у них есть дочь, если бы я не собирала Заунывки при лунном свете той зимой, когда они переехали, и я увидела, как Кендра вела Ариану на задний двор. Провела ее вокруг лужайки один раз, крепко держа ее, потом повела ее внутрь. Даже и не знаю, что думать.
Казалось, что Кендра думала, что ее переезд в Годрикову Лощину был прекрасной возможностью, чтобы раз и навсегда спрятать Ариану, что-то, что она, наверное, планировала годами. Это было потрясающее время.

Но Ариане едва исполнилось семь лет, когда она бесследно исчезла, а семь лет - это возраст в котором проявляется магия, если она присутствует, и с этим соглашаются многие эксперты. Никто из живущих сейчас не помнит, чтобы Ариана демонстрировала хотя бы малейшие признаки магических способностей. Поэтому ясно, кажется, что Кендра решила, что лучше скрыть существование своей дочери, чем страдать от стыда от признания того, что она родила сквиба. Переезд от друзей и соседей, которые знали Ариану, конечно, упростил бы их положение. Братья отвечали на неловкие вопросы, как научила их мать: "Моя сестра слишком болезненна для школы".

На следующей неделе: Альбус Дамблдор в Хогвартсе. Призы и притворство.

Гарри ошибался: то, что он прочитал, заставило его почувствовать себя хуже. Гарри посмотрел на фотографию очевидно счастливой семьи. Это было правдой? Как он мог это узнать? Он хотел отправиться в Годрикову Долину, даже если Батильда была не в состоянии говорить с ним: он хотел посетить место, где он и Дамблдор оба потеряли тех, кого любили. Он опускал газету, чтобы спросить мнение Рона и Гермионы, когда оглушительный треск эхом отдался по кухне.
Впервые за три дня Гарри забыл о Кричере. Его немедленной мыслью было, что Люпин опять ворвался в комнату, и на долю секунды, он не обратил снимания на массу борющихся конечностей, которые появились из воздуха прямо рядом с его стулом. Он поспешил встать на ноги, в то время как Кричер попытался развязать себя и, низко поклонившись Гарри, он прокаркал: " Кричер вернулся с вором Мундунгусом Флетчером, хозяин".
Мундунгус вскарабкался вверх и достал палочку, Гермиона, тем не менее, была слишком быстра для него.

- Экспеллиармус!

Палочка Мундунгуса взлетела в воздух, и её поймала Гермиона. Мундунгус с обезумевшим взглядом побежал к лестнице. Рон поймал его за ноги и Мундунгус упал на каменный пол, послышался приглушённый хруст.

- Чё? – закричал он, пытаясь вырваться из «объятий» Рона. - Чё я вам сделал, а? Послали шестерить за мной эльфа, чё вам надо? Чё я сделал, отвали, ну -ка отцепись…
- Не в том ты положении, чтобы жаловаться, - сказал Гарри. Он бросил газету в сторону, быстро пересёк кухню и встал на колени перед Гнусом, который перестал бороться и выглядел напуганным. Рон, задыхаясь, поднялся и увидел, как Гарри приставил палочку прямо к носу Мундунгуса. Гнус вонял старым потом и табачным дымом. Его волосы и одежда были в ужасном состоянии
- Кричер просит простить его за столь позднюю доставку вора, хозяин, - крякнул эльф. – Флетчер знает, как сделать так, чтобы его не поймали, знает лазейки. Тем не менее, Кричер прижал вора.
- Ты молодец, Кричер, - сказал Гарри, и эльф низко поклонился.
- Так, у нас к тебе есть несколько вопросов, - сказал Гарри Гнусу, который тут же принялся кричать.
- Я запаниковал, ладно? Я вообще не хотел никуда идти, без обид, дружище, я не вызывался умирать вместо тебя, а за мной гнался Сам-Знаешь-Мать-Его-Кто, кто угодно бы на моём месте драпанул. Я же говорил, что не хотел этого делать…
- К твоему сведению, никто из нас оттуда не Аппарировал, - сказала Гермиона.
- Ой, герои, посмотрите на них, только я даже вида не делал, что хотел умереть…
- Нас не интересует, как ты сбежал и оставил Грюма, - сказал Гарри, передвигая палочку поближе к налитым кровью глазам Мундунгуса. – Мы знали, что твоей шкуре нельзя было доверять.
- И чё же за мной ходит домашний эльф? Или опять про кубки будешь спрашивать? Нету у меня ничего, хотя можешь их достать у…
- И не в кубках дело, хотя уже теплее, - сказал Гарри. – Заткнись и слушай.

Было так приятно найти себе занятие, и кого-то, из кого можно было выудить немного правды. Гарри уже тёр палочкой переносицу Гнуса, который косился на неё.

- Когда ты обчистил дом от всех ценностей, что смог найти, - начал Гарри, но Мундунгус снова его перебил.
- Да Сириусу и дела не было до этого барахла…

Послышалась скороговорка из брани, лязг, блеснула медь, и с припадочным криком Кричер разбежался и со всего размаху ударил Гнуса по голове сковородкой.

- Убери его, отзови, его запереть надо! – кричал Гнус, пригибаясь, когда Кричер снова занес сковородку.
- Кричер, нет ! – закричал Гарри.

Тонкие руки Кричера тряслись от тяжести сковородки, но он крепко держал её.

- Может быть ещё разок, хозяин? Для верности.

Рон засмеялся.

- Он нужен нам в здравом уме, Кричер, но если нам понадобятся особые меры, мы предоставим его тебе, - сказал Гарри.
- Большое спасибо, хозяин, - сказал Кричер с поклоном, он отошёл и с ненавистью смотрел на Мундунгуса своими большими бледными глазами.
- Когда ты обчистил дом от всех ценностей, что смог найти, - снова начал Гарри, - ты взял кое-какие вещи из кухонного серванта. Там был медальон. – Во рту у Гарри пересохло. Он чувствовал, что Рон и Гермиона тоже замерли в ожидании. – Что ты с ним сделал?
- А что? – спросил Мундунгус. – Он чё-то стоит?
- Он до сих пор у тебя! – закричала Гермиона.
- Нет, это вряд ли, - сказал Рон. – Он наверняка думает, смог бы он выручить за него больше денег.
- Больше? – сказал Мундунгус. – Ни хрена… блин… на халяву отдал, выцыганила…
- О чём ты говоришь?
- Я торговал в Косом Переулке, а она ко мне подходит и спрашивает, есть ли у меня лицензия, чтобы торговать магическими артефактами. Карга старая. Она хотела меня штрафануть, но ей приглянулся медальончик, она забрала его, а меня отпустила, сказала, что мне, типа, повезло.
- Что за женщина? – спросил Гарри.
- Не знаю, какая-то тётка из Министерства.

Гнус немного подумал, приподняв бровь.

- Мелкая такая, на макушке бантик. - Он нахмурился и добавил. - На жабу похожа.

Гарри уронил палочку: она прилетела Гнусу по носу и оросила красными искрами его брови, которые тут же загорелись.

- Агуаменти! – закричала Гермиона, и из её палочки вылетела струя воды, от которой Мундунгус захлебнулся.

Гарри посмотрел на Рона и Гермиону и увидел тот же шок, который сейчас был на его лице. Шрамы на его руке снова заболели.

требуются модераторы



PlagiatNIK.ru - Ник Сатин защищен.